Цимес (сборник)

Пот, сперма, слюна… Еще вдохновение…

– А это еще что такое?

– Что-то типа оргазма по-вашему.

– По-нашему…

– Сложно объяснить, Гоша. Да и ни к чему тебе.

Она опустила голову на подушку, прижалась ко мне так крепко-крепко и уснула. Прямо в старой вылинявшей футболке. Улыбаясь.

А я только под утро…

…Луна глядела на нас потому, что на море глядеть ей уже, наверное, надоело. Ню лежала рядом, обессиленная и нездешняя. И улыбалась как-то вовнутрь. А мне вдруг страшно захотелось узнать, о чем она думает, когда, как сейчас – сразу после…

Прежде мы никогда не спали вместе, в одной кровати рядом.

Мы спали друг с другом, но в другом смысле, по-другому. А когда – засыпать и просыпаться…

Я подумал, что рай, очень может быть, существует…

Когда она перестала быть для меня обнаженной натурой? Телом? Ню?

Иногда – сразу после – мы болтали.

… – Гоша, скажи… А вот ты, когда портреты мои резал…

– Ну?

– Ты сильно… переживал?

– Переживал…

– А как?

– Что как? Переживал, и все.

– Понимаешь, об этом лучше говорить.

– О чем об этом?

– О смерти.

– О смерти? А кто умер? Не мы с тобой – это точно…

– Картины. Ты же их убил. Значит, они умерли. А тех, кто умер, надо вспоминать, иначе они умирают на самом деле…

Я поворачиваю к ней голову и вижу только ее силуэт на фоне ночного неба. Ну вот откуда у нее…

– Ты же не хочешь, чтобы они умерли совсем?

– Наверное, нет…

– Тогда говори…

– Ну как тебе объяснить… Было два момента. Первый – я никогда раньше не работал в такой технике.

Очевидно, это в какой-то момент стало доминировать, а я не заметил. И получилось – техника ради техники. Это, конечно, упрощенно, но тем не менее… И потом – это не главное…

– А что главное?

– Пожалуй, излишняя самоуверенность. Вот… ты приходила, позировала, я на тебя смотрел… Иногда просто смотрел, даже ничего не делал, ни одной линии, ни одного мазка – ничего. Я тебя впитывал, понимаешь. Ну вот… Мне когда-то давно попались стихи, там строчка была такая, я ее запомнил.

«Твоих мелодий гибельная суть, твоих шагов ленивое начало…» Лишь когда ты в меня входила и наполняла меня, и твои мелодии начинали звучать, и я слышал эти шаги, я принимался рисовать. И однажды мне показалось, что в этом уже нет необходимости, что ты во мне – всегда, что я могу в любой момент, не глядя, передать этот свет – тебя и из тебя. И эту твою мелодию. Иллюзия… Мне показалось, что я до конца познал то, что познать нельзя. Свет – неисчерпаем.