Клон по имени Симон

Глядя на Лизу, Симон прекрасно понимал, что есть о чем беседовать и терпеливо ожидал. Руки Лизы немного тряслись, и она отводила глаза в поисках решимости. Впервые за всё время их встреч они так долго сидели в напряжённом молчании. Смертельная болезнь уже разрушала между ними идиллию, которая и так слишком долго длилась.

За окном в гостиной шумело очередное аэротакси, как мы помним, Симон жил на самом верхнем этаже, и поэтому для него мелькание винтов и шум на крыше стали привычной картиной.

Набрав побольше воздуха в лёгкие, Лиза таки заговорила:

– Я думала о том, что нам придётся разлучиться…

– Надеюсь, ты не собралась уйти вслед за мной? – он спросил с предельной деликатностью, ведь меньше всего ему хотелось принимать подобные жертвы.

Да и ведь в любом случае придёт и её время, если конечно она не надумает принимать изобретённые таблетки бессмертия, поэтому незачем торопить события вот таким ужасным способом. Симон считал, что самоубийства – это удел психов, а уж Лизу он таковой не считал, несмотря на её непредсказуемый ужасный характер.

– Нет, ты что! – обрадовалась Лиза тому, что возможно умирающий воспримет её истинные планы не столь категорично. – Я… я узнала, что можно поучаствовать в международной ежегодной лотерее и выиграть единственное за весь год клонирование…. Вот.

И Лиза с осторожностью повернулась к нему, чтобы оценить реакцию по его лицу. Увиденное не обрадовало её: плотно сжатый рот, насупленные брови и недоумение в потемневших глазах. Впрочем, к этому было время морально подготовиться, зная железобетонные принципы Симона.

– Ты, я надеюсь, шутишь? – Он понимал, о какой лотерее шла речь. Вот уже десять лет, как она длилась после внедрения в человеческое сознание об этической стороне данного вопроса. Вроде как клонируется человек, который покинул или покидает мир в случае неизбежного жизненного конца, а заявки подают заинтересованные личности вроде родственников. Шанс выиграть равнялся один к миллиону, а иногда и того – больше, поэтому вскоре у данного розыгрыша появились новые противники, аргументируя тем, что даётся ложная надежда, а ещё хуже того – подобная затея идёт против законов природы.

На их взгляд, роботы – менее пагубный способ увековечить любимого человека. А ещё утверждалось, что клон не в состоянии повторить характер и жизненный опыт прототипа. Выдвинутые доводы и влиятельные критики едва не прикрыли эту лавочку, но лотерея вопреки всему продолжила своё триумфальное шествие.