Клон по имени Симон

Такие и дети могут, как вам угодно будет, написать!

– Ну, мне кажется, для эксперта вы достаточно скоропалительны в заключениях. – Неужели вы не видите за ними многочасовые кропотливые труды? А техника, вряд ли доступная дилетантам?

– Да хоть так. Для меня настоящее искусство – академическая живопись.

– Ну, я хоть не специалист по живописи, как вы, но нахожу академизм слишком прямолинейным.

Лиза могла бы поклясться, что собеседник просто подначивал её, потому что в его голубых глазах читалось желание повеселиться.

Лизе захотелось вступать с ним в спор, потому что решила для себя, что этот человек не разбирается в вопросе, как она. Кто, как не она, сумеет наставить его на упть истинный?

– Только глупец может такое выдать! Вот вы в состоянии повторить «Мону Лизу»[10 - «Мона Лиза» или «Джоконда» (полное название – «Портрет госпожи Лизы дель Джокондо»), – картина Леонардо да Винчи, находящаяся в Лувре (Париж, Франция),, которая является портретом Лизы Герардини, супруги торговца шёлком из Флоренции Франческо дель Джокондо, и была написана около 1503—1505 года.

]?

Мужчина скорчил гримасу, показывая несерьёзность данного диалога.

– Все мы можем повторить. Вопрос только в успешности повторения.

Он так широко улыбался, что Лиза не могла сердиться на него. Она решила, что пусть останется при своём мнении. Неверном, конечно.

– А вы не теряетесь, я гляжу.

– А владельцу этой галереи и не следует поступать иначе.

Едва начавшее расположение Лизы стало тут же улетучиваться.

– Ах, это вы популяризуете это дилетантство? Тогда в таком случае, я покидаю галерею, где царит безвкусица.

Она стремительно направилась к выходу, будучи вынужденной проталкиваться сквозь собравшуюся толпу. Она ненавидела это место и её посетителей, у которых интерес не скрывался, если судить по их громким разговорам.

– Девушка, постойте, пожалуйста.

И она остановилась в стеклянных дверях. Виной тому была не мягкотелость. Когда мужчина встал рядом с ней, она почувствовала, что ей приятно его присутствие.

Но на него она смотрела с притворным презрением.

– Ну, что ещё?

Он провёл рукой по своим чересчур отросшим волосам с выжженными на солнце кончиками: они могли коснуться самих плеч. Лиза у других мужчин находила это признаком неряшливости. Но лёгкие волны внезапно взволновали её. Его же взор устремлялся на её руки, чтобы не встречаться с её заметным осуждением. Он стоял и молчал.