Убийца – Садовник!

Хорошо хоть зеркал нет на корабле.

– Мне очень жаль. Давайте перейдём к сути. Моя фамилия Олдман. Я детектив, расследую убийства на корабле и должен задать вам несколько вопросов.

– Я догадался.

– Почему вы закрылись от меня в станции?

– Да потому, что я работал! Вы хоть знаете как сложно работать с наноэлектроникой? Вы хотя бы понимаете что такое станция?

Я вызвал модель корабля, нашёл палубу, затем мастерскую, где мы находились. Станция. Какой-то робот или вроде того. Что это за устройство такое?

– Я знаю как она выглядит, но зачем нужна, не понимаю, – признался я.

– Ремонтная станция нужна для ремонта наноэлектроники. Невероятно, правда? Объяснить вам что такое наноэлектроника? Что такое пыль, частицы которой могут уничтожить всю плату?

– А почему вы не отвечали на вызовы? – пропустил я мимо ушей его колкости. Ушей, как же. Нет у меня теперь ушей.

– Работа требует предельной концентрации. Этим – он сунул ладони мне под нос. Какой нос? У меня же нет носа, – невозможно ничего спаять.

Но они хотя бы лучше моих прежних сарделек.

– Я не понимаю, как вы паяли, если это невозможно?

– Святые угодники! Да неужели на Земле не было умственно полноценных детективов? – Он вздохнул. – Станция герметична. Я захожу через шлюз, затем включаются фильтры, помещение избавляется от проникших частиц пыли, затем я вынимаю плату из бокса, произвожу её обеспыливание, закрепляю её на столе, потом синхронизируюсь со станцией и паяю уже станцией. У станции свои щупы, камеры, датчики нагрева и столько всего, что ваш крошечный мозг переполнится, если я об этом расскажу! Не могу я, слышите, не могу во время работы отвлекаться! А вы трезвоните каждую секунду!

– Значит вы паяете не своими руками, а какими-то штуковинами, которыми управляете силой мысли?

Он несколько раз ударился лбом о прозекторский стол, за которым сидел.

Если бы его голова не была металлической, я бы забеспокоился.

– Да! Пусть будет так, раз вы иначе не понимаете!

– Мистер Гарднер, успокойтесь, пожалуйста.

Ещё несколько вопросов и всё. Вы можете предоставить мне доступ к своей памяти за последние сутки, а так же в дни убийств?

– Конечно. Чего мне скрывать. Тем более, что если я откажусь, вы наверняка решите цепь заменить на пару болтов, которыми закрепите мои ноги к полу.

– ИскИн, загрузи мне данные с внешних сенсоров Сэма Гарднера в дни убийств и за последние сутки.

Опять это чувство. Кто-то быстро говорит, ощущение, будто по спине бегут мурашки удовольствия.