Новогодняя жара. Девять Жизней

Сосны окутаны сизой дымкой, тихо в тайге, изредка пробежит косуля, ковёр цветной копытами взметнёт. Улетают на юг птицы, клины их в небе мелькают, и словно кричат они: «Прощайте, прощайте!»

Скоро придёт Хозяйка-Зима, укроет всё своим тяжёлым одеялом, полетят снежинки, и по-новому будет красива природа тайги. В самой глуши таёжной речка протекала. Вода в ней чистая, да холодная, много лет было ей, всё знала, всё видела. Около речки той дом стоял, неприметный, можжевельником поросший. Жила в нём девочка Нэку*, и брат её, Соокто*, оба были лет шести от роду.

Каждое утро она к той речке ходила. Сядет возле неё, глядит в воду, словно в зеркало смотрится; личико кругленькое, глазки чёрные, щёчки румяные, загляденье!

Как-то раз проснулась Нэку, хотела было брата разбудить, и вдруг смотрит – нет его! Выбежала Нэку из дому, стала Соокто звать, а в ответ – тишина, только вороны, ворча, вспорхнули с вершин сосновых.

Заплакала Нэку. Куда Соокто убежать мог? Глядишь, заигрался, погнался за колонком, да заблудился в тайге.

Опустила Нэку ручки в воду, чтобы личико умыть, тут слышит – речка ей человеческим голосом отвечает:

– Не горюй, милая моя Нэку, найдёшь ты своего брата, только набраться тебе надобно смелости. Иди прямо, никуда не сворачивай, пока не придёшь к самой старой сосне. От неё я беру начало, знает она больше меня, и тайгу видела молодой да свежей, когда люди и звери в ней ещё не водились.

Делать нечего. Пошла Нэку к сосне.

Листья под её ножками шуршат, а под листьями – земля мокрая да болотистая. Шла долго-долго, вот уже и ночь наступает, силы Нэку покидать стали. Упала она на траву пожухшую, да и уснула.

Солнце над тайгой поднялось, холодное, осеннее, осветило Нэку своими лучами. Проснулась Нэку, глядит – да вот же она, сосна! Приютила её на ночь, ветками спрятала. Неподалёку от ствола её векового, речка бежала, не быстра и широка, а тиха и узка. Вскинула Нэку руки, хотела хвои коснуться, да не достала; нижние ветки на три её роста посажены.

Тут наклонилась сосна к ней всем своим телом одряхлевшим, и голосом скрипучим говорит:

– Знаю я, зачем ты пришла. Брат твой далеко отсюда, унес его ветер в горы. Так уж и быть, дам я тебе одну из ветвей своих; долетишь ты на ней до этого места.

Поблагодарила Нэку сосну, села на ветку и полетела.

Долго ли, коротко ли летела она, видит – горы внизу, синие, голые, вершины снегом покрыты.