Плети судьбы. Сборник стихов

Звёзды… Те, что манили нас в радужных снах,

Где друг к другу с любовью тянули мы радостно руки.

Эти сны превратились из счастья в печали прах.

Хмурый месяц на небе собрался как будто бы плакать,

Закрывая лицо, как на поминках, чёрной вуалью.

И от слёз на земле под ногами мокрая слякоть.

Всё покрылось кругом, пропиталось, холодной печалью.

Холодок изнутри пробирает, морозит душу,

Словно вьюга в лицо прошибает, что трудно вздохнуть.

Воем волка, в глубокой глуши, тишину я нарушу,

Волком встану, с звериным оскалом, приму этот путь.

Иногда по ночам, зализав свои рваные раны,

Что не смогут зажить до конца моих призрачных дней,

В прошлых снах, до утра я быть может, на долго застряну,

С горькой болью в звериной душе, вспоминая о ней.

Вспоминая мгновения… Те, что когда-то были…

Представляя, что вот она, здесь и зовёт за собой…

Вдруг очнувшись, увидев вокруг лишь клубЫ горькой пыли,

В тишине гробовой прозвучит лишь звериный вой…

Лишь между строчек грустный некролог

А между строк, немыслимая боль…

Стараюсь приподняться во весь рост

И заглянуть меж точек, чья же роль

За дверью притаилась… но погост

Мерещится за каждой запятой…

Отпрянул… сам хожу теперь не свой…

P.

(Лишь между строчек грустный некролог)

По тонкому льду

Находила любовь. Упивалась. Летала над облаком.

Но держала не крепко и свой прерывала полёт.

И травила себя не своим, а надуманным обликом,

Да таким, что себя и сама до конца не поймёт.

Заливалось вино, нескончаемо. Меркло сознание.

Отрывалась душа и купалась, забывшись, в золе.

Улетала на миг, возвращалась, кончалось дыхание,

И ногами стояла в растопленной, едкой смоле.

И терзала себя, и корила. Какие-то доводы,

Сочиняла навзрыд, выйдя на перепутье дорог.

То устраивала отрешённые, пышные проводы

И бежала от мира, куда-то, не чувствуя ног.

То смеялась над миром, обманываясь безразличностью,

Возрождалась и снова горела, как будто в аду.

То взахлёб говорила, а позже опять лаконичностью

Убивалась и шла, без страховки, по тонкому льду.

Находила себя и считала, как будто, счастливой.

Ненадолго, на время, обманывая лишь себя.

Но за временной маской иллюзии томности лживой

Понимала, что больше не может она не любя.