Среда

Сегодня он был сам не свой, к вечеру же еще добавились капризы. Она терпела, сколько могла, но сейчас…

– Витя, ты мне скажешь, в чем дело? Ты меня пугаешь своим поведением! Объясни…

– Объясни что? Почему я решил поехать на такси? А? Или почему уволился с работы? Или почему меня задолбала эта гребаная жизнь? Что тебе объяснить? Мы с тобой на пороге нового будущего! Нашего будущего! Почему мы должны медлить? Мы робко стоим и жмемся перед дверью в новый этап! А что такого? Может, завтра жизнь закончится – и тогда что? Вдруг завтра кто-то вышибет мне мозги? Или тебе? Что ты попробовала в этой жизни? Чего добилась? Я просто хочу поехать на ебаном такси! Чтобы не тащить эти ебучие пакеты два часа до дома! Я оплачу поездку.

Неужели так сложно взять и сесть в машину? Кстати, вот она! – Виктор указал на подъехавший белый седан.

Алиса снова оказалась в ступоре. Виктор ее пугал, но в его словах было что-то неуловимое, с чем, в принципе, она была согласна в глубине души. Она взяла свои пакеты и погрузила их в багажник вслед за Виктором.

Усевшись на заднее сиденье, она поубавила пыл и, прижавшись к мужскому плечу, тихо сказала:

– Любимый, ты меня пугаешь, честно. У тебя все нормально? Может, что-то произошло?

Виктор вздохнул, обдумывая свое поведение по отношению к ней. Алиса ведь ничего не знает… То, как он себя ведет, явно необычно для ее восприятия. Но и рассказать он ей ничего не может. Отбросив все тревожные мысли в сторону, он поцеловал Алису в лоб и сказал:

– Все нормально, просто перенервничал за эту неделю.

Все хорошо, дорогая!

Водитель тронулся с места, а его пассажиры обнялись, глядя сквозь огни вечернего города, окунувшись в собственные раздумья…

Глава 5

Виктор проснулся в поту. Глаза в кромешной тьме не различали ничего. Вот уже который день он пробуждался примерно в одно и то же время, мокрый и напуганный. Прошло уже два с половиной месяца с тех пор, как он стал свидетелем убийства, а кошмары так и не перестали мучить его. Каждую ночь со вторника на среду ему снился один и тот же сон: сначала напротив него сидел тот самый мужчина, смотрел на него мертвыми глазами, из дырки во лбу текла кровь, а по штанине стекала моча.

Покойник что-то мычал, хотя рот у него не был заклеен. Он будто бы слегка подергивался, будто хотел освободиться, но невидимые веревки держали его на стуле. Виктор сидел напротив и тоже хотел вырваться, но не мог – он был связан. Пытаясь порвать бечевку, он то и дело опускал голову.