В каждом камне Эфеса

 – Ой, вы точно не дадите хорошенько выспаться, я же говорю, что погощу у вас тут только несколько дней, а потом покину ваш радушный дом. – Он стал на ноги, расправил свою смятую тогу, встряхнул коротко остриженные волосы и подойдя к кустам роз внезапно извлёк из них по-видимому тяжёлый мешок, а потом тут же впихнул его в руки оторопевшей Агнесс. – Можешь пересчитать и пересмотреть каждую монету. Они золотые. Этого хватит, чтобы погостить в вашем доме?

Женщины опять посмотрели друг на друга.

– Разве мы попросили у тебя деньги или выставили тебя за дверь? – Спросила Атэенейс.

– Это на всякий случай, пока вам не пришло такое в голову. – Отмахнулся юноша.

– На эти деньги ты бы мог бы арендовать дом. – Хмыкнула притихшая старуха.

– Мог бы и привлёк бы сразу внимания всех любопытных граждан. Нет уж. Уж лучше я тут пробуду, а потом отправлюсь в далёкое путешествие в Египет. Геродот много писал о нём. Я также хочу путешествовать, ощущать горячий воздух пустыни и посмотреть пирамиды. – С благоговением протянул он….

.

– Ты знаешь о Геродоте и его путешествиях? Откуда? И почему ты скрываешься? Ты украл у кого-то деньги, чтобы уехать в Египет? – Атенейс даже сделала несколько шагов на встречу незнакомцу от удивления.

Юноша тяжело вздохнул и повернувшись к молодой женщине и экономке бесстрастно проронил:

– Ну во-первых никого я не ограбила…….я покинула свой собственный дом мужчиной, потому, что так легче выйти на улицу и не быть замеченной……

– Не ограбила! – Тут же сделала ударение хозяйка дома.

– Три года назад меня выдали замуж, и с того времени муж ни разу не пожелал даже взглянуть на меня. Он так и не переступил порог моей комнаты. Однако я была рада одному факту – мой супруг не был ни тираном, на самодуром, ни политиком, ни общественным человеком. Он всё время проводил время в саду, что-то там высаживал. Если кто-то спросил бы меня как он выглядит, то я бы сказала, что помню его всего лишь сгорбленную спину, когда он ковырялся в земле. По-видимому его родственники и устроили этот брак, чтобы он больше не утомлял их своим присутствием, а жене и так пришлось бы смириться.

Именно будучи вечно занятым он не видел того, как я проводила время в его библиотеке, которой он по всей вероятности никогда и не пользовался. Я много читала, засыпала со свитками Гомера и трудами Аристотеля, а когда однажды прочитала Геродота, то поняла, что пропала. Я влюбилась в его рассказы о чужих землях, о их красотах, и неповторимых городах.