Жизнь – одна. Любовь – одна

И если зло на тебя совершит набег,

Мне будет так же горько и больно.

Но я не оставлю тебя одну

Против любой окаянной силы…

Давай послушаем тишину,

И в ней два слова –

«Любимая…» «Милый…»

И потому нам с тобой не страшны

Никакие удары и беды.

Мы не только друг в друга

Навек влюблены,

Мы любим взаимные наши победы.

Когда ж по утрам меня мучит боль,

Так это годы, что мстят за возраст.

Забудь о них… И мне позволь.

Смотри, как с небес

Нам улыбаются звезды.

Ане

(«Я сотворен из боли…»)

Я сотворен из боли,

Надежды и доброты.

С болью борется воля.

Надежду лелеешь ты.

А доброта моя –

Это тоже ты.

И живу я в трех измерениях.

И кажется, жизнь удалась,

Что-то в ней ограничено временем,

А чем-то я насладился всласть.

И кажется мне, что плыву я в лодке,

Где всем управляю сам.

Плыву по реке – голубой и кроткой,

Как будто по небесам.

Ты в лодке со мною тоже.

По-другому не могло и быть…

И нет ничего дороже,

Чем вместе с тобою плыть.

Река нас выносит к зорям,

Мимо бед, обид, суеты…

Можно было бы плыть и морем,

Но выбрала Волгу ты.

«Мне по душе зима и лето…»

Валерию Когану

Мне по душе зима и лето.

И первый снег, и дождь грибной.

Иду по ледяному следу,

Чтобы попасть в июльский зной.

Мне по душе льняная голубь

И тихий желтый листопад,

Присевший у порога голубь,

В печаль окрашенный закат,

И музыка седого ветра,

Когда февраль берет разбег,

И море сказочного света,

Что дарит сердцу чистый снег.

Мне по душе раскаты грома

Над радостной землей моей…

И песня, спетая негромко,

Вернувшихся к нам журавлей.

Мне по душе зима и лето,

Года и дни, что их хранят.

Иду по дорогому следу

Своих надежд, своих утрат.

«Чем меньше остается лет…»

Чем меньше остается лет

До той черты, где жизни нет, —

Тем мы тревожней смотрим в завтра.

Не потому, что было много бед,

А потому, что главная беда

Всегда внезапна.

Чем больше человеку лет,

Тем он щедрее доброту нам дарит.

Не потому, что немощен и сед,

А потому, что доброты всем не хватает.

Чем больше человеку лет,

Тем он нежней ко всем идущим.

Не потому, что дел важнее нет,

А потому, что хочет, чтоб мы жили лучше.