Эзотерия из Усть-Сыровска

Как быть?

– А в чем проблема, собственно? Разлюбил?

– Дело в другом. Я согласна переехать к Нему, в другой город. Он там живет с матерью. Брошу все, уеду. Но Он что-то тянет, молчит. Уехал и молчит…

Плечи ее опустились. Она не плакала, как обычная женщина, а страдала мужественно, достойно. Впервые не знала, что делать. Это было горько видеть. Я инстинктивно подался обнять ее, поддержать…

– Сидеть! – просвистел удар хлыста. – Сядьте, где сидите!

Ее хлесткий окрик пригвоздил меня к месту. Я стоял несколько секунд как изваяние с протянутыми к ней руками.

Затем медленно опустился на место. Глупец! Кому нужны твои сопли?

Видя, что перестаралась, моя «омоновка» не спешила извиняться. С минуту мы молчали оба.

– Что собираетесь делать? – спросил я, стараясь держать тон психолога.

Мне были знакомы эти «подарки» Нептуна. Великий Иллюзионист немало испортил крови женщинам. Там, где он правил, человек терял почву под ногами, оказываясь в туманном болоте. Попадая в то или иное поле гороскопа, Нептун вредил неясностью, запутанностью.

Вносил сумятицу, горечь разочарований.

О, Бог морей не терпел твердых берегов! Его цель – растворить человека в мире грез, в ошибочных оценках, ложных идеях… В позитиве Нептун давал вдохновение, творческий идеализм. Но много ли таких чудаков? Все заняты материальным…

– Если коротко, – продолжил я, – в вашем поле любви Нептун искажает ориентиры, выдает желаемое за действительное. У меня были такие карты. У одной дамы больной на голову любовник чуть не убил ее ребенка.

У другой – наркоман, продал всю мебель и телевизор…

– Хочу поехать к нему сегодня, сейчас… Без звонка, с одним чемоданом!

– Но почему без звонка?

– Это его обидит. Звонить – значит, не доверяю, страхуюсь… А работу найду. Войду, скажу – Здравствуйте, мама! Налейте чаю с дороги…

– Согласен, – смело. Но почему он не звонит? Может, и нет там его? Уехал, заболел…

– Нет, он работает. Наводила справки.

Я подумал о том, что формально свое дело выполнил. Уточнил ее карту, раскрыл образ Нептуна… Предупредил.

И те сто рублей Ночной Пумы я отработал. И, все же, меня грызли сомнения. Все ли я сделал правильно? Надо ли лезть на рожон, настаивать?

– Вам решать, – я подыскивал слова. – Но сомнения в вашем друге у меня только из вашей карты. И мой долг предупредить. Вы можете оказаться в гипнозе иллюзий. Позвоните ему при мне, устыдите меня. Поставьте мне двойку…

– Нет, – сказала, собираясь.

Она сухо попрощалась и вышла на улицу.