Эзотерия из Усть-Сыровска

Оказывается, кот был еще девственником. Этакий изнеженный граф – котяра. Соседка в панике. Звонит из деревни: «Убили! Зарезали! Помоги, звездочет! Где Куртик?»

Фиксирую время, составляю карту вопроса. Проверка на радикальность показывает, – вопрос истинный, ответ будет. Анализирую показатели. В синтезе получается – жив кот. Блуждает где-то в темноте, среди ящиков, мешков. С ним – подруга (в карте задействован «дом любви»). Вернутся через два дня.

Кричу соседке: «Есть у вас там что-то вроде склада? Направление – юго-запад, в низине, метров 500…» А на душе холодок – вдруг ошибка?

Приезжает соседка, сразу ко мне.

«Жив Куртик! Ну, ты волшебник!»

А я рад больше нее. Смотрю на кота – возмужал, бестия. И, кажется, будто в его ленивых глазках появилось что-то новое, хищное, как и положено мужчине.

В петле Венеры

С ретроградной (попятной) планетой в карте клиента астролог всегда настороже. Интерпретировать ее непросто. В целом, такая планета приносит проблемы, неудобства в любви.

Но одно дело теория, другое – испытать самому.

…Оказия приключилась со мной на «петляющей» Венере. Конечно, я знал ее особенности. Однако…

Угораздило меня влюбиться в кондукторшу автобуса. Я тогда работал в газете и писал заметки в рубрику «Горожане». Моими героями были простые люди – слесаря, монтажники, продавщицы…

Я увидел ее с кондукторской сумкой в автобусе и меня – «перемкнуло». Я ел ее, пил глазами, смотрел на нее теленком и мычал про ангела во плоти. Расспросил о ее жизни, судьбе…

Упросил коллегу сфотографировать ее для газеты.

Лицо девушки казалось мне портретом Рафаэля. Фотограф смотрел на меня странно, но снимок по дружбе, все же, сделал.

Который раз перечитывал я свою сахарную статейку о «принцессе из глубинки». Вот она приехала из деревни на заработки, вот ее светлое будущее… Я бегал за ее автобусом, надеясь на благосклонный взгляд из окошка.

…Мы сидели на остановке. Моя Венера курила, и от нее несло табаком и алкоголем. Мимо трусила собака.

– Вот она, судьба моя … – сказала Альбина с усмешкой. – Я – эта псина…

– Что ты! – сердце мое разрывалось… Ты – прекрасна!

Лишь через месяц мучений я почувствовал облегчение. Любовь моя постепенно снижала накал. Словно железная петля отпускала горло. А еще через неделю выздоровел. Я рассматривал фото Альбины, опубликованное в газете, без пелены в глазах. Теперь от меня не скрывались ее некрасивые искривленные губы, порочные морщины…

Было немного стыдно.