Смута

Князь от такого предложения,

Вначале даже растерялся,

Ну а затем вовсю расхохотался,

И рассуждать стал с возмущением:

«Сам с Польшей договор о мире подписал,

И сам его же нарушает,

И вот теперь Борис желает,

чтоб я ему «царевича» отдал.

Забыл, как мои вотчины он разорял,

И Снетию с Прилуками спалил.

Тогда о мире он не помышлял,

Ведь многих слуг моих тогда он перебил.

Ну а теперь царь вдруг о мире размечтался,

И «Дмитрия» заполучить себе желает,

Но в данном случае он крепко просчитался,

Не зря мне крупный выкуп предлагает.

Он думает, что он как царь Иван,

Желает делать всё, чего захочет.

Ведёт себя как дикий басурман,

И рассчитаться он теперь со мной не сможет».

Царю, князь резко в просьбе отказал,

О чём ему в посланье сообщил.

«Царевича» же охранять усиленно всем приказал,

И переписку с Годуновым прекратил.

Напрасно Самозванец с князем ждали,

Скорейшего ответа от донцов,

Тогда они ещё не полагали,

Что князь Острожский сумел перехватить гонцов.

К тому же гетман Ян Замойский,

Во всех делах ему мешает,

И против провокации Московской,

С сенаторами вместе возражает.

Решив, что казаки не отвечают,

Князь Вишневецкий стал предполагать,

Что им помочь казаки не желают,

И вскоре пыл в нём начал затухать.

Однажды князь Адам был у кузена,

И Константину Вишневецкому сказал,

Что он не ожидал от казаков такой измены,

И все надежды с ними потерял.

Тогда кузен Адаму предлагает,

Ему Лжедмитрия отдать,

Его тесть Юрий Мнишек знает,

Как авантюрами умело заправлять:

«Не думай что мой тесть такой простак,

Он сто очков любому даст вперёд,

За дело не возьмётся просто так,

И выгоду всегда во всём себе найдёт.

Я про него тебе всё расскажу,

Он весь в покойного отца,

И безо всякого, тебе я докажу,

Что лучше Мнишека ты не найдёшь ни где дельца.

Его отец из Чехии бежал к нам в Польшу,

При Сигизмунде Августе Втором.

В Моравии не мог он оставаться больше,

Он был за что – то изгнан королём.

Но вскоре в Польше выгодно женился,

Чем в высшей свет себе дорогу проложил,

Когда же с Каменецким породнился,

то чин коронного подкормья получил.

За тем у Мнишека детишки народились,

Отец их к жизни славно подготовил,

Когда же к королю они с отцом явились,

То сразу сыновей обоих во дворце пристроил.