Тайна Клумбер-холла

Уигтауншир был уединенным и безлюдным районом, но он не принадлежал к числу тех затерянных уголков мира, где старый солдат мог бы надеяться укрыться от глаз людских и людской молвы; и уж если на то пошло, то негоже человеку, боящемуся разоблачения, давать своим странным поведением пищу всем местным кумушкам, как это с успехом делал генерал Хэзерстоун.

Я склонен был полагать, исходя из фактов, что самое верное объяснение этому загадочному поведению генерала и его семьи кроется в его собственном упоминании об их стремлении обрести покой.

Они укрылись в этих краях, чтобы удовлетворить свою почти болезненную тягу к уединению и покою. И мы довольно скоро на наглядном примере убедились, насколько далеко может зайти человек в своей жажде изоляции от общества.

Как-то утром отец спустился к завтраку со следами глубоких размышлений на челе.

– Надень-ка сегодня свое ярко-розовое платье, Эстер, – сказал он. – И ты, Джон, можешь позволить себе побыть немного щеголем, раз уж я решил, что мы втроем отправимся нынче днем засвидетельствовать свое уважение миссис Хэзерстоун и генералу.

– Визит в Клумбер-холл! – воскликнула Эстер, захлопав в ладоши.

– Я нахожусь здесь не только на правах управляющего поместьем лэрда, – с достоинством продолжал отец, – но и на правах его родственника. И потому я убежден, что лэрд был бы только рад, если бы я навестил новоприбывших и предложил им наши услуги. Сейчас они, должно быть, чувствуют себя одинокими и забытыми.

Как это сказал великий Фирдоуси? «Дом человека лучше всего украсят его друзья».

Мы с сестрой по опыту знали, что уж если отец начинает подтверждать свое решение цитатами из сочинений персидских поэтов, то уже ничто не может ослабить его решимость претворить намеченный план в жизнь. И точно: к полудню у дверей стоял фаэтон, в котором отец восседал, облаченный в видавший виды костюм и новенькие перчатки для верховой езды.

– Забирайтесь же сюда скорее, дорогие мои, – воскликнул он, бодро щелкнув хлыстом, – и давайте-ка докажем генералу, что у него нет никаких оснований стыдиться своих соседей!

Увы! Чем дальше забираешься ввысь в своей гордыне, тем болезненнее оказывается падение.

Нашим откормленным лошадкам в начищенной до блеска упряжи не суждено было произвести в тот день впечатление на жителей Клумбер-холла, несмотря на все наши честолюбивые устремления.