Пепел

А вот если передо мной действительно появится что-то большое, страшное, мутировавшее от собаки и к тому же агрессивно настроенное, я, наверное, умру на месте.

Хотя, почему только собаки? Ведь людей сейчас даже больше, чем собак… зомби-апокалипсис? Я тряхнула головой, прогоняя откровенно глупые мысли.

– Думаешь, есть еще выжившие? – тихо спросил Березов.

Я зажмурилась, сидя в углу и уткнувшись носом в колени. Родители. Они вместе со всеми были на параде – нетрудно догадаться, куда стали бы кидать ракеты в первую очередь.

Чертов парад ко Дню города. Мне не хотелось думать, что они погибли там. Они не могли погибнуть так. Может, они в тот момент решили уйти и спустились в метро… и они хоть и получили какую-то дозу радиации, как и мы все, но хотя бы живы. Да, пусть будет так. Пожалуйста, пусть будет так.

– Нужно это проверить. Ведь если есть выжившие, у нас больше шансов выйти из зоны радиации и прийти туда, где бомбежки не было. И узнать, что произошло, – информатик сжал кулаки.

– Радиации? – спустя повисшую в воздухе паузу осторожно переспросила Маша.

Колосовский широко распахнул глаза, когда понял, что только что сказал, но отрицать очевидное было уже поздно.

– Да, радиации. Вы все равно бы узнали, и все равно уже все облучены, – вздохнул Березов. – На поверхности нас всех ждет покрытая пеплом земля, разрушенные дома, обугленные деревья, черная пыль, мутный туманный воздух и – радиация.

На этот раз молчание было куда дольше.

Все словно думали, верить его словам, или нет – как будто можно было создать из воздуха другую, подходящую для них реальность происходящего.

– Мне страшно… – еле слышно прошелестела Ника, обращаясь к Маше, но услышали это все.

– Нам всем страшно, – кивнула Дорога. – Но выход всегда найдется.

– Какой? – горько спросил Жуков, разрывая батон хлеба руками и отправляя кусок в рот.

Ему никто не ответил.

Действительно, какой? Да, если захотим, мы можем за сутки выбраться из города, но ведь зона радиации куда больше, чем он.

Куда нам идти? Что делать? Как выжить? Что произошло с остальным миром? Я достала из кармана телефон и нажала на кнопку включения, но он так и оставался безгласным черным куском металла и пластика. Сети не было, связи, как можно было сразу понять, тоже. Я вздохнула и, проведя пальцем по треснувшему экрану, убрала телефон обратно. Как же было хорошо раньше.