Космология Башлачева. Песни Русского Посвященного

 Троицкий, открывший Башлачева широкой публике, в своей статье «Один из нас» пишет о его последних годах:

В это время Башлачев увлекся магией русских слов: он искал их корни, созвучия и через них – истинный, потаенный смысл речи. Все его последние песни – удивительная игра слов, но не формальная, а совершенно одухотворенная.

Троицкий также вспоминает как водил Башлачева к Вознесенскому:

Вознесенский дал такую кисло-сладкую оценку. Он сказал, что да, очень талантливый парень, есть потрясающие метафоры, очень интересные тексты, но при этом Вознесенский сказал: «Он не совсем в моем вкусе.

Слишком много в нем всего такого русского-народного, фольклорного, мне это не очень близко. Гребенщиков – тот парень, которого ты ко мне раньше приводил, – мне все-таки ближе»

Критик Курицын писал, что вместо того, чтобы снискать славу занимаясь концептуальным стебом, Башлачев предпочел «не просто традицию, а самую страшную и больную – русскую».[1 - Курицын В. Русская смерть] Исследователь Башлачева С.

Свиридов выделяет три этапа в его творчестве, которые заключаются во-первых, в чувстве небытийности сущего, затем в переживании реальности людской жизни и смерти, и, наконец, в прорыве в высшее бытие[2 - Свиридов С. В. Поэзия А. Башлачева: 1984 – 1985]:

Итак, эволюция Башлачева – это путь от рационального предмета и к иррациональному (абсолютному) предмету и слову. В семиотическом аспекте – от конвенционального знака, аллегории и метафоры, к символу и мифу.

… В духовном плане Башлачев сочетает стремление к обновленной, дионисийской вере с христианской этикой жертвы.

Еще точнее эти три этапа эволюции Башлачева характеризует Гавриков[3 - Гавриков В. А. Мифопоэтика в творчестве Башлачева. 2007]:

– «Я» находится в профанном мифе. «Я» разрушает профанный квазимиф.

– «Я» выходит на уровень личностного мифа. Я создает личностный миф (начало этого процесса видим в башлачевском двоемирии).

– «Я» обнаруживает в личностном мифе новый всеобщий сакральный миф (абсолютную истину).

На самом деле эти три этапа творчества Башлачева соответствуют трем этапам инициатического пути, который приводит к познанию Божественного Принципа. Инициация это посвящение, то есть переход за грань из старого в новое качество. Посвящение в древности заключалось в отрыве от материального мира и переход через символическую смерть в мир духовный, переход от тьмы к свету.