Кот, который играл в шахматы

Мне очень хотелось сделать ему подарок, но я понимала, что он все сломает. Надо подумать. Сегодня я в перерыве съездила в Макдоналдс и накупила всяких вредных вкусностей. Угостила Дениску.

Как же он радовался!

В жизни он никогда не ел ничего такого. Мне было приятно до боли.

С другими детьми он так и не нашел общий язык. Я стала единственным другом для Дениски. Я сделала себя его матерью.

В свободное время, пока он болел, я учила его читать. Мы начали с алфавита и простых слов. Он просил меня все-таки прочитать ему его любимый комикс, в котором раньше он мог смотреть только картинки.

Я не могла отказать.

Сестры попрекали меня, что я уделяю ему слишком много времени, забывая про других детей. Но мне не нужны были другие дети… мне нужен только Дениска.

Такой веселый и беззаботный… я не могла с ним расстаться. Я почувствовала, что не могу провести без него ни дня. Я задерживалась на работе и оставалась с ним по вечерам. Приходила в отделение даже в выходные дни.

Заведующая предупредила меня, что пора отдалиться от мальчика.

Пришло время забыть о нем. Он всего лишь пациент. Умственно отсталый ребенок. Сын алкоголиков.

– Света, все пациенты имеют одну общую особенность, – сказала она мне, – все они приходят и уходят, понимаешь? А мы остаемся. И Дениска… ему придется уйти.

В один день я определилась с подарком. Я решила подарить ему детские часы, потому что сегодня мы учились определять время по стрелкам. Часы были с изображениями миньона из мультика, как на его кружке.

Я рано примчалась в отделение, чтобы скорее увидеть Дениску, но…

Палата номер девять была пуста.

Прикроватный столик пустовал. Ни комикса, ни кружки, ни тапочек…

– Сегодня утром его перевели в психиатрическую клинику. Ночью он поднял большой шум. Бил стены, двери, рыдал… Прости, Света…

Часы с миньонами выпали у меня из рук. Я опустилась на колени и заплакала.

Я чувствовала себя матерью, которая потеряла своего сына.

Поехала ли я в ту клинику, чтобы встретить Дениску?

Картина в сознании, на которой он лежит, лишенный интереса к жизни, не переставала меня пугать.

Реабилитация его отца будет длится еще год.

Я не поехала к Дениске. Но и не забыла его.

Он навсегда останется для меня сыном, которого у меня никогда не было.

Безысходность

– Ты видел там знак семьдесят?

– Не волнуйся, милая, я уже двадцать лет за рулем. Что может случиться? Ты же мне веришь?

– Да, верю, любимый.