Танго старой гвардии

Последовало молчание. Краткое.

– Все же эта профессия сулит не слишком блестящее будущее. Если только…

Она оборвала фразу, но Макс без труда мог завершить ее: «…Если только благодаря великолепной внешности, улыбке славного малого и танго не подцепишь надушенную „Roger & Gallet“ миллионершу, которая возьмет на себя оплату всех твоих расходов, тебя – в chevalier servant[22 - Постоянный спутник дамы, кавалер замужней женщины на прогулках и увеселениях (фр.).]. Или, как выражаются итальянцы, – в чичисбеи.

А если еще грубее и проще – в альфонсы».

– Но я и не собираюсь посвящать этому всю жизнь.

Теперь темные стекла обратились в его сторону. И замерли. Он видел в них свое отражение.

– В прошлый раз вы очень интересно сказали о танго страдательных и танго убийственных.

Интуиция и на этот раз подсказала Максу: следует быть искренним.

– Это не мои слова. Так считал один мой друг.

– Тоже танцор?

– Нет. Он был солдатом.

– Был?

– Был. Его уже нет на свете.

– Сочувствую.

– Тут нет повода для сочувствия, – уклончиво улыбнулся Макс. – А звали его Долгорукий-Багратион.

– Простых солдат так не зовут… Это имя больше подходит офицеру, а? Какому-нибудь русскому аристократу.

– Именно так. Он был и русский, и аристократ. По крайней мере, так представлялся.

– А на самом деле? Настоящий аристократ?

– Возможно.

Меча Инсунса впервые, кажется, за все это время показалась ему растерянной. Они остановились у фальшборта, под спасательными шлюпками.

На корме черными буквами было выведено название. Женщина сняла шляпу – Макс успел заметить на подкладке этикетку со словом «Talbot» – и встряхнула волосами, подставляя голову ветру.

– И вы тоже были солдатом?

– Недолго.

– И воевали в Европе?

– В Африке.

Она чуть качнула головой, как бы с удивлением, словно видела Макса впервые.

В течение многих лет североафриканскими названиями пестрели заголовки испанских газет, а портреты молодых офицеров заполняли страницы иллюстрированных журналов «Эсфера» или «Бланко и негро»: капитан такой-то (регулярная армия, пехота), лейтенант такой-то (Иностранный легион), младший лейтенант такой-то (регулярная армия, кавалерия) пали смертью храбрых – упомянутые на страницах светской хроники неизменно гибнут героически и никак иначе – в Сиди-Хаземе, в Кераме, в Баб-эль-Кариме, в Игерибене.

– Вы имеете в виду Марокко? Мелилью, Анваль и прочие ужасные места?

– Да. Их все.