90 дней в плену

«Мама, это политическое дело, ты же знаешь. Не надо так нервничать», – успокаивала меня Полинка. И она была полностью права. Действительно, а чего еще можно было ожидать от украинского суда? Снисхождения и сочувствия? Глупо.

Посмотрев на лица и прокурора и следователя, я поняла, что они уже спят и видят, как «министра ДНР» посадили, мечтают, небось, о новых звездочках на погонах и званиях. Да и эти подруги Псаки не просто так полтора часа заседали, сочиняя решение. Наверняка им звонил кто нужно и

объяснял, что на самом деле надо писать в решении.

И потом, о какой справедливости может идти речь в Шевченковском районном суде Киева, если те, кто сейчас находится при власти, равняется на супер демократическое государство Соединенные Штаты Америки, где сотрудники государственного департамента в своих официальных заявлениях

ссылаются именно на «наши источники в Интернете и социальных сетях». А, как говорится, Псаки, они и в Украине Псаки.

Подписав несколько бумаг и написав на имя следователя тогда же первое ходатайство на свидание с детьми (потом их будет много), я попрощалась с

Полинкой и Данилом и опять отправилась в заключение, продолжая негодовать.

Ну, ничего, мы проиграли всего лишь этот суд, но не войну!

Вернувшись в камеру, я наконец-то увидела передачу от детей. Никогда еще до этого я с таким удовольствием не мылась под холодной водой, но с мылом (!) и не чистила зубы. Ну вот, хоть еще немного благ цивилизации добавилось за решеткой. И это уже не мало!

Весь следующий день 5 августа у меня ушел на ознакомление с тюремной библиотекой.

Заключенным в СИЗО разрешалось брать книги для прочтения, но только из местной библиотеки. Да и другого занятия, в свободное от допросов времени, здесь не было.

Так вот, в каталоге местной библиотеки я не обнаружила ни одной (!) книги Чехова, Булгакова и Гоголя. Мои мечты еще раз перечитать «Тараса Бульбу», «Собачье сердце», «Мастера и Маргариту», «Белую гвардию» или рассказы Антона Павловича в одночасье рухнули. Зато всякие Донцовы и Устиновы были в ассортименте.

От перечитывания Акунина я тоже отказалась, решив, что хватит уже портить карму. Для того чтобы немного насладиться грамотным и красиво изложенным русским слогом, я попросила выдать рассказы Горького и томик Льва Николаевича Толстого.

Вечером принесли передачу от детей, в которой Полинка мне передала

и журналы. Один – гламурный для дам-с, другой – общественно-политический. Одна статья в нем меня особенно порадовала.