Карта небесной сферы, или Тайный меридиан

Кое-кто, присев между грудами книг, полностью погрузился в чтение. Один-два, из самых молодых, поздоровались с Танжер, и она отвечала, называя их по именам: привет, Альберто, пока, Борис. Юноша в ковбойке, обшитой гусарским галуном, играл на флейте, и Танжер положила монетку в шапку перед ним, совершенно так же, как сделала это на глазах у Коя в Барселоне, бросив монету в цилиндр мима, грим которого испортил дождь.

– Я здесь хожу каждый день, это моя дорога домой. Иногда что-нибудь покупаю… Старые книги – это очень интересно, правда? В отличие от новых, они сами тебя выбирают, выбирают себе покупателя: эй, постой, вот она я, забери меня с собой.

Они как живые. – Она прошла еще несколько шагов и остановилась перед «Александрийским квартетом» – четыре тома в мятых обложках по бросовой цене. – Ты читал это? – спросила она.

Кой покачал головой. Этот Лоренс Даррелл, чья фамилия почему-то напоминала марку батареек, был ему глубоко безразличен. Первый раз в жизни он обратил внимание на его книги. Наверное, американец.

Или англичанин.

– У него есть что-нибудь про море? – спросил он скорее из вежливости, чем из интереса.

– Нет, насколько мне известно. – Она тихо и почти ласково рассмеялась. – Хотя Александрия как была, так и остается портом…

Кой бывал в Александрии и ничего особенного не запомнил: безветренные дни, жара, портовые краны, докеры, притулившиеся в тени контейнеров, грязная вода, чавкающая между корпусом корабля и пирсом, тараканы, которые хрустят под ногами, когда сходишь на берег.

Порт как порт, единственное отличие – в том, что ветер приносит облака красной пыли и она проникает повсюду. На четыре тома никак не тянет. Танжер дотронулась пальцем до первого – «Жюстин»:

– Все интеллигентные женщины, которых я знала, хоть раз в жизни хотели быть такими, как Жюстин.

Кой тупо посмотрел на книгу, не понимая, следует ему ее покупать или нет и не заставит ли букинист купить все четыре. На самом деле его привлекали другие книжки: «Корабль мертвых» некоего Б. Травена и трилогия Холла и Нордхофа про «Баунти»: «Мятеж на „Баунти“», «Человек против моря» и «Остров Питкерн» в одном томе.

Но Танжер уже шла дальше; потом он увидел, как она улыбнулась, сделала еще несколько шагов и стала перелистывать книжку без переплета; «Хороший солдат», – прочел название Кой. С этим Фордом Мэдоксом Фордом Кой готов был примириться: ведь он вместе с Джозефом Конрадом написал «Приключение». Потом Танжер обернулась и пристально посмотрела на него.