Калейдоскоп. Стихотворения

Ледяная кора с груди соскребётся.

Словно рыжий костёр в белом круге,

Свет богов к нам пробьётся,

После ядерной вьюги.

Растопит улыбки безжалостный зной,

Справляя по грусти поминки.

Станет полем гора,

Станут шумной рекой

Все снежинки.

В моих устах остатки силы

В моих устах остатки силы,

Вскипают будто голос из могилы,

Не тот, что чахнет в тишине гнетущей,

А снова в силе восстающий.

Сквозь чёрный дым густой, над полем гнили

Обвитый бестелесными тенями,

Летает древний филин,

Луну схвативший мощными когтями.

Услышав бездны зов, что принесён был тёплым ветром

Он устремлён разрушить ржавчину цепей, сковавших камня мускул.

Светильник ночи кинул в недра,

Чтоб мир под силой снова хрустнул.

Гул

Нет моря прекрасней, чем море бетона,

Со скалами из кирпича,

Где в далях мерцают звёзды неона,

В ночи иногда предсмертно крича.

Здесь остров из дыма брезжит в рассвете

И пахнет пивом в желудках подземных червей.

Как будто другого пейзажа нет на планете,

Планете железа, лжи и людей.

Планете, скрипящей в своём пенопласте,

Нет света прекрасней, чем свет желтоватой зимы,

С зарытыми в снеге мечтами о счастье,

Нет света, прекраснее тьмы.

С трудом пробиваясь сквозь шёпот машинный,

Неслышимый уху, глухой гул земли

Обрушится скоро горящей лавиной

На сплавов уродливые волдыри,

Закрывшие солнце, покрывшие море,

Зажёгшие небо в слепой час ночной.

И станет планета ворочаться, вторя

Космическим ритмам, танцуя босой.

Но ты не поймаешь ветра галактик,

Не вымоешь глаз пустынной росой.

У моря бетона умрёшь ты на вахте,

На маяке, за кирпичной скалой.

Фотография губ, фотография глаз…

Фотография губ, фотография глаз,

Ты – альбом своих дней и движений.

Я гравюру покину, в которой погас,

Из рёбер достав нож сомнений.

В какофонии чувств, в ослепительный звон,

Мы живём под разные звуки,

Ритмы тел и пульсации стон

В незаконченном круге.

Ничего не будет потом,

Ничего в жизни не было.

Ибо жизнь, это то,

Что ты сделала.

Чёрный шторм. И будучи в нём

Я думал, выход – о скалы разбиться.

Но взошли над моим кораблём

Три звезды на неба ключице.

Я уже пролетел половину пути

До пустыни, где бродят тени.

Время встать, на шаг подойти

И лечь шрамом тебе на колени.