Где ночуют голуби. Часть I

Она словно шла по минному полю из эмоций, не зная куда ступить: шаг влево – ужас, шаг вправо – ярость, вперёд – шок.

Ей было страшно от осознания того, что ещё чуть-чуть, и от неё ни осталось бы ничего, но одновременно с этим ей хотелось сломать Деору челюсть, за то, что он не предупредил её. Но в итоге, она просто сидела не в силах пошевелиться, смотря куда-то сквозь собеседника. В свою очередь, парень вытащил из кармана абсолютно обычной ветровки, положил на стол кольцо и подвеску.

– Это – Фастолланде биворенде, – ткнув в побрякушки, продолжил парень, – у нас их дают старикам, больным и детям, которые не могут контролировать магию, чтобы они могли пользоваться небольшим, не имеющим возможности навредить даже младенцу, количеством магии.

Кэтрин истерически прыснула:

– Ну замечательно, я теперь ещё и больная детина.

Маг юмора не оценил и продолжил:

– Бёворен де» ган, – показав на флакон, сказал Деор, – помогает организму приспособиться к практически полному отсутствию магии, резким перепадам силы и прочим неприятным вещам.

Подвеской оказался небольшой, переливающийся всеми оттенками синего, камень, обрамлённый тонкой серебряной лозой. Оба кольца крайне походили на подвеску, только камни были матовые, один белый, другой чёрный.

– И сколько я должна это носить? – спросила девушка, подумав, что побрякушки, а на самом деле артефакты, выглядят вполне симпатично.

– Всегда. – сказал как отрезал, маг. В то же мгновение, не успела Кэтрин-Софи моргнуть, как кольца оказались на пальцах, а подвеска на шее.

Сначала, Дойл не поняла, куда те пропали со стола, а потом, посмотрев на руки, крайне удивилась. Ни кольца, ни подвески не весили и грамма. Они буквально слились с кожей. Кэтрин восхищенно охнула, когда ей на пальцы упал луч света. Каждый камень искрился и переливался, будто светился изнутри. На краткий миг, она забыла все то, что произошло недавно.

Сломав восковую печать маленьким ножом, Деор налил жидкость в стеклянный стакан, которого ещё несколько секунд назад на столе не было.

Жидкость мгновенно застыла в стакане. Неподвижная как лёд, но всё ещё жидкая, непонятная субстанция зеленого цвета имела нерастворимый осадок и пахла сырой землёй.

– Ты уверен, что оно не испорчено? – Кэтрин-Софи подавила желания потыкать содержимое стакана ножом. Настолько оно не вызывало у неё доверия.

– Абсолютно. – заверил её парень и пододвинул стакан.

– Знаешь, – вздохнув, ответила девушка, – я тебе совершенно не верю.