Небесный замысел любви. ГРАНТИМИЛА. Книга вторая

Грант сильно нахмурился, сунул его в кармашек брюк, посмотрел на Алима.

Алим повернулся к парням: «Так, Грант, я сказал парням, чтобы они, начиная сверху, осмотрели каждый уголок гостиницы, дал описание Людмилы, а вы начинайте отсюда, с первого этажа, осматривайте каждый уголок, все служебные помещения, разделитесь», – одни парни быстро пошли налево, другие направо по коридору…

…Мила, тяжело дыша, взволнованно держась за большой бильярдный стол, стояла с одной стороны стола.

Антон, растрёпанный, находился по другую сторону стола, тяжело дыша, облизывал свою укусанную руку, зло смотрел на Милу, усмехнулся: «Ну, что ж, третья попытка не удалась… зараза, ты больно меня укусила», – сплюнул, вытащил складной нож, щелкнул, лезвие выскочило, сверкнуло…

Мила расширила глаза: «Совсем крыша поехала, ты не посмеешь… опомнись…»

Алим, курил сигару, стоял и молча смотрел в окно, двое его охранников неподвижно стояли спиной к окну, по обеим сторонам от него.

К нему подошли две скромные азербайджанки из персонала: «Уважаемый, простите, мы там мыли пол и там кто— то кричал», – произнесла одна из женщин.

Алим оглянулся: «Кричал? Где?» – нахмурился.

– Там, – женщина показала в конец коридора, – где ремонт идет, мебели, где много.

Алим громко крикнул что-то по-азербайджански своим парням и быстро направился в конец коридора.

Мила, сидя на полу, облокотившись спиной о ножку бильярдного стола, кричала, билась руками и ногами… Антон, навалившись на нее, пытался ее целовать, она укусила его, он заорал, отпрянул, из его губы пошла кровь… она сильно ударила его ногой… Антон, скорчившись упал, выпустил из руки нож, схватился руками между ног, стал отползать от нее… пятясь назад… Мила подползла на четвереньках и схватила нож, зло сверкнула глазами…

Около комнаты стояли, ломая двери, люди Алима.

…Антон стоял спиной к двери, в стороне от Милы: «Что, силенки покидают, – тихо зло засмеялся, – никуда ты от меня не денешься… и помощи ждать не откуда, твоего красавчика, уже точно вырубили, их там четверо, а он один», – кричал он.