Небесный замысел любви. ГРАНТИМИЛА. Книга вторая

– Ты, что такое говоришь? У тебя же мать русская, – улыбнулся первый парень.

– Поэтому и говорю, что знаю. Никогда ей не прощу, что она бросила отца и брата с собой забрала, семью разрушила.

– Любовь прошла, она и разошлась, тебя она не бросала. Ты сам не хочешь с ней общаться.

– Она ушла к другому мужчине, как это возможно? Замужняя женщина, мать двоих детей и ушла к другому мужчине. Это только русская так может поступить.

– Брось говорить ерунду, при чем здесь русская или не русская. Она твоя мать и не достойно так говорить о матери.

Она честно развелась с твоим отцом.

Грант посмотрел на парней, сузив глаза, прислушался, парни продолжали обсуждать русских женщин. Парень, в обиде на мать, объединил в ее лице всех русских женщин, доказывал другу, что все русские женщины распущенные, не умеющие хранить верность мужчине, семье, сравнивал их распущенность с смирением азербайджанских женщин, их правильным мусульманским воспитанием. Его друг спокойно отстаивал иную точку зрения, что все женщины разные и не зависит от вероисповедания и национальности человека такое понятие, как верность и преданность… Грант задумчиво вновь посмотрел в море.

София, весело болтая, не отходила от него, попивая коктейли. Он ее не слушал.

Вновь зазвучала громко музыка, было много танцующих. Парни, решив прекратить свой спор, пошли танцевать. Грант, окинув взглядом девушку, посмотрел на танцующих, увидел танцующего Бориса и его устремленный на него взгляд, взглядом задал вопрос, слегка вскинув голову.

Борис взглядом показал на танцующую Милу. Грант проследил взгляд Бориса и увидел Милу. Она, улыбаясь, танцевала с Андреем, они тихо переговаривались, глядя друг на друга. Танец закончился, к ним подошел молодой азербайджанец, Мила улыбнулась ему, и они медленно закружились в танце. Андрей отошел в сторону. Грант сузил глаза… глядя на них.

Танец закончился, и Андрей вновь пригласил Милу.

– Ты меня сегодня ангажировал? – улыбнулась Мила.

– Просто хочу, чтобы у тебя полностью улетучилась грусть, которая была в твоих глазах.

– Грусти не было, была усталость после вчерашнего, – грустно ответила Мила, – но ты прав музыка меня очень успокаивает. Я люблю музыку, она для меня своего рода лекарство и танец люблю, сразу выходит все накопившееся напряжение.

– Я тоже люблю музыку с детства и даже музыкальную школу закончил.

– Правда?

– Да. Я играю на саксофоне, – улыбнулся Андрей.

– Саксофон! – воскликнула Мила, – Обалдеть.