Штормовое предупреждение

Постепенно становилось понятным – Элен пока не считала его своим. Невольно возник вопрос: до каких пор это будет продолжаться? С другой стороны, возможно, это не так важно, как ему кажется. Он тоже ее не знает, и можно ли ее считать близким человеком только из-за того, что ее дочь – его жена, для него отнюдь не ясно. Если она к нему присматривается, то почему в отношении ее и он не вправе сделать тоже самое?..

Пока он снимал с головы наушники, она повернулась к старичку и сказала:

– А мы с вами, Эстебан, еще немного постреляем.

Когда дверь тира захлопнулась за Сергеем, Элен спросила у Эстебана:

– Что скажешь?

Тот закатил глаза в потолок, пожевал губами и ответил неопределенно:

– Мастер!.. Или самородок, или…. А может и то, и другое!

Элен не требовала от него продолжения. Она и сама прекрасно понимала – без хорошей стрелковой подготовки такие фокусы, что вытворял Сергей на их глазах, невозможны. Значит, с этим мальчиком не все так просто! А с виду – ну, просто голубоглазый херувим, мухи не обидит.

Да только иногда его выдает взгляд – холодный, надменный, а иногда просто жесткий даже!..

Сергей шел по коридору и не знал, о чем говорят между собой Элен и Эстебан. Но ощущение, что что-то произошло не так, все-таки не уходило, как ему хотелось, а, наоборот, усиливалось. Вдобавок, появилось чувство неосознанной тревоги. И он невольно чертыхнулся: «Черт, и дернуло же меня пытаться завоевывать Элен таким примитивным способом!..»

Впрочем, тут и рассуждать особо не надо было – она же, если он все правильно понял, агент спецслужб.

Причем, агент со стажем, глубоко законспирированный. А тут внезапно на голову сваливается дочка, о которой, чтоб не провалить задание, на определенном этапе ей и думать было запрещено. Ладно бы дочка, да с ней муж неясного происхождения, да еще бегство у них произошло так гладко и легко, что все ведомство разведки не всегда сможет организовать такое для своих агентов. Так что ее понять, конечно, можно…

Глава 3

За завтраком Элен была сама любезность: вопреки обычному она позволяла себе улыбаться и шутить.

Особенно внимательна она была к Насте. У той уже обозначился животик, а на лице, несмотря на макияж, просматривались желтые пятна.

Настя заметно была взволнована своим состоянием – неделю назад впервые ребенок шевельнулся у нее в животе. И ее почему-то очень интересовало – мальчик это был или девочка?

– Сережа, что скажешь? – спросила она у Сергея.