Лэйла-стероид

Также резко, как и началось и гораздо быстрее, чем сама Марго могла вообразить. Утихло кричащее сердце, теперь лишь иногда постанывающее в те минуты, когда накатывали воспоминания. Вновь стали получаться балетные па. Жизнь опять набрала скорость.

За это Марго была благодарна Рудольфу Майеру, робкому молодому человеку из семьи немцев, осевших после второй мировой войны в Казахстане. Он принес ей однажды после выступления огромный букет роз. Увидев его мягкие карие глаза, смуглую туго натянутую кожу на милом, по-детски наивном лице, Маргарита приняла цветы и рассмеялась, изящно поклонившись.

В тот же вечер, она вдруг с удивленьем поняла, что жизнь продолжается. Боль, конечно, не ушла, нет, но затаилась где-то глубоко, в том темном чуланчике души, который хранит все неприятности, произошедшие на нелегком жизненном пути.

За это Марго прощала Рудольфу нерешительность, излишнюю для мужчины мягкость и покорность, детское пристрастие к компьютерным играм.

– Пусть в нем мало мужского, – прошептала она, подводя итог долгим размышлениям, – однако это совсем неважно.

Руди разбудил во мне женщину и… маме с отцом он наверняка тоже понравился бы. Маме то точно. Жаль, что я настольно хорошо не помню отца, чтобы быть уверенной… Ладно, все это чушь. – Марго лениво улыбнулась, в ответ на мысль, выплывшую из глубины сознания. – От игрульки той я его все-таки отучу. Обязательно…

Внезапно перед глазами у нее качнулся металлический шарик. Маргарита услышала голос и увидела яркий блеск.

Мир качнулся и взорвался с оглушительным грохотом. Тяжело дыша Марго потрясла головой и набрала в рот холодной воды.

Проведя рукой по запотевшей поверхности зеркала, она пристально посмотрела в свое испуганное отражение.

– Черт, – прошептала Марго, выплюнув воду. – Пора, наверное, принимать более холодный душ, а то тепловой удар обеспечен.

Она еще несколько секунд постояла, пока совершенно не пришла в себя.

– Мой нежный Руди. Почему-то мне кажется, что я знаю тебя очень много лет, прямо как в сериале, – Марго умудрилась эту корявую фразу пропеть, вновь обретая игривое настроение.

 – Пойдем к тебе за терапией, как всегда… На такую мягкую подушку как ты, так приятно прилечь.

Она вздохнула, в очередной раз приходя к мысли, что в жизни вообще и в мужчинах в частности, нет полного совершенства.

– Если бы не твоя мягкотелость, – бормотнула она. – Или я многого хочу?

С этими словами Маргарита потянулась за феном.