Большие мальчики

Щелкая каналами, подкручивая какие-то ручки и беспрерывно поворачивая антенну, ему удалось поймать какой-то канал, по которому шел фильм. Экран снежил, хрипел, но разобрать в чем там суть было можно. Устроившись на диване, они смотрели кино, хрустя огурцами с черным хлебом. Фильм закончился. За окном уже стало темно.

– Будем спать? – предложил Андрей, выключая телевизор.

– Угу.

– Ты где будешь? На диване или на кровати?

– Все равно.

– Тогда я на кровати.

Постелили. Улеглись. Глеб никак не мог уснуть.

– Ты спишь? – спросил он Андрея.

– Нет.

– И я не сплю. Думаю.

– О чем?

– Да так. Ни о чем. Хорошо здесь. Никаких проблем, никаких забот. Мне иногда кажется, что лучше всю жизнь провести где-нибудь на необитаемом острове. Вдали от людей, вдали от цивилизации.

– Я с тобой не согласен, – возразил Андрей. – Там слишком скучно. Человеку не выжить одному. По одной всего причине. Ему будет не хватать общения.

– Ты знаешь, я не страдаю от недостатка общения.

– Это ты сейчас так говоришь.

– Ты говоришь, как старик, – заметил Глеб.

– Может, я и есть старик, – Андрей замолчал.

Друзья некоторое время лежали молча, уставившись в потолок. Молчание нарушил Андрей.

– Слушай, Глеб, я давно тебя хотел спросить.

– О чем?

– О тебе и Любке. Я никак не пойму, что у вас за отношения?

– Отношения? – переспросил Глеб. – Мы просто друзья, а что?

– Мне кажется, она к тебе неравнодушна, как и ты к ней.

– Да брось. С ней все по-другому.

– Не понял, – Андрей повернулся к Глебу.

– И не поймешь, – уныло вздохнул Глеб.

– Взгляд полупогасший, полусонный, – Глеб начал читать свое стихотворение. – Вся сияньем радужным искрится.

Ты ко мне снизошла с иконы,

Наяву чтобы мне присниться.

Я прошу мгновения счастья,

Утоли тоску безутешную.

Может быть, ты ответишь страстью

На мои желания грешные.

Вопреки всем земным законам

Я хочу, что теперь стыдиться?

Неземная моя мадонна

Красотой твоей насладиться.

Ну а ты улыбнешься томно.

Спрячешь взгляд в густые ресницы.

Разве можно любить икону?

На нее можно только молиться.

В комнате воцарилась тишина.

– Дурак, – вдруг донеслось из угла.

– Кто дурак? – не понял Глеб.

– Ты дурак, – ответил Андрей и снова замолчал.

Глебу не хотелось продолжать этот разговор, и он попытался уснуть, тем более что Андрей уже, кажется, уснул.