Золото богов

Я отметил, что мягкий музыкальный голос девушки звучит гораздо приятнее для слуха, чем привычная нам речь латиноамериканцев. Я слышал, что женщины Лимы славятся своей красотой и мелодичными голосами; сеньорита Инес, несомненно, не была исключением. В ее больших темно-карих глазах застыло умоляющее выражение, а нежные губы дрожали, когда она решилась продолжить свой странный рассказ.

– Я никогда раньше не видела отца в таком состоянии, как в течение нескольких последних дней, – пробормотала она. – Он говорил только о «большой рыбе», о «пехе гранде», что бы это ни означало… и о проклятии Мансиче.

Видимо, воспоминания о последних днях жизни ее отца окончательно подкосили девушку. Прежде чем мы это поняли, несчастная извинилась и выбежала из комнаты.

В этот момент дверь кабинета открылась, и мы увидели нашего друга доктора Лесли. Он подошел к нам.

– Что… ты здесь, Кеннеди? – удивленно поздоровался он, когда Крейг пожал ему руку и представил Нортона. – И Джеймсон тоже? Что ж, думаю, этот случай поставит вас в тупик.

С этими словами коронер повел нас через гостиную в кабинет, откуда он только что вышел.

– Это очень странное дело, – сказал он и сразу же сообщил нам все, что сумел узнать: – Сеньора Мендосу прошлой ночью, около полуночи, обнаружил здесь его деловой партнер мистер Локвуд. Нет никаких зацепок, как или кем он был убит. Ни один замок не взломан. У меня есть показания коридорного, который был здесь прошлой ночью. Он, кажется, куда-то отлучался. Он видел, как мистер Локвуд вошел и поднялся в лифте на шестой этаж.

И больше мы не знаем ничего… Нельзя исключать возможность, что кто-то вошел туда, пока коридорный отсутствовал. По всей видимости, так и было. Ни окном, ни пожарной лестницей явно не воспользовались. Похоже, убийство было совершено кем-то, кого впустил в квартиру поздно вечером сам Мендоса.

Мы подошли к дивану, на котором лежало тело, накрытое простыней. Доктор Лесли снял ее, и мы увидели, что лицо убитого было искажено гримасой ужаса, а кожа приобрела темный, почти фиолетовый цвет.

Все мышцы были крайне напряжены. Я никогда не забуду это лицо, на котором застыли боль и страх перед чем-то неведомым.

Луис де Мендоса был коренастым мужчиной, с пронзительными черными глазами под кустистыми бровями. У него были коротко стриженные волосы и усы, какие в его стране обычно носят респектабельные деловые люди. Даже мертвым он выглядел довольно представительно, несмотря на исказившиеся черты лица.