Изломы судеб. Роман

Приехали в Смольный. Сталин, Ворошилов, Ягода и несколько высоких начальников ОГПУ прошли в кабинет Кирова.

– Вы допустили преступную халатность в обеспечении охраны Кирова! – обратился Сталин к Медведю, выслушав его доклад о подробностях убийства. – Из-за вашей небрежности в работе мы потеряли одного из лучших учеников великого Ленина. Что будем делать, товарищи?

– Под суд их надо: и Медведя и его зама Запорожца, – ввернул Ворошилов.

– Товарищ Сталин! Разрешите сказать! – чуть слышно выдавил из себя Медведь.

– Вы уже все сказали своей работой! Товарищ Ягода! Освободите нас от общества Медведя!

– Руки назад! – скомандовал Медведю начальник следственного отдела ОГПУ Молчанов и защелкнул на них наручники. С Медведя содрали петлицы и орден.

– Пусть посидит на Литейном! – распорядился Хозяин.

Увели Медведя. Ввели привезенного с Литейного Николаева. Ночью он пытался покончить с собой – бился головой о стену камеры. Его голова и руки были забинтованы. На некогда светлой рубашке запеклась кровь.

– Зачем вы убили такого хорошего человека? – ласково обратился Сталин к Николаеву.

– Я стрелял не в Кирова – я стрелял в партию! – ответил тот.

– Где вы взяли оружие?

– Спросите у него! – кивнул Николаев забинтованной головой в сторону Запорожца.

– Уведите его и подождите в приемной! – приказал Лебедву генсек.

– М…и! – услышал Николай голос Сталина, когда закрывал дверь. – Толкуете о политическом процессе?! Какой процесс над психопатом-одиночкой? Уж, лучше бы он навсегда замолчал!

Усадив Николаева на стул секретаря, Лебедев встал у окна, чтобы пресечь попытку выброситься из окна.

На подоконнике лежал окровавленный картуз Кирова. На него тупо смотрел убийца. Вскоре вывели Запорожца, тоже без петлиц и нашивок. Затем поступил приказ вернуть Николаева в камеру на Литейном проспекте. Арестованного увезли. Молчанов с Николаем сидели в приемной. Вдруг зазвонил телефон. Лебедев поднял трубку. Докладывал сотрудник местного управления:

– Произошла авария! В машину, где везли Николаева врезался другой автомобиль.

Николаев погиб.

Лебедев сообщил о происшествии Сталину.

– Ну и слава Богу! – с облегчением выдохнул Хозяин.

Потом Николай обеспечивал безопасность вождя, стоявшего в почетном карауле во время прощания с Кировым ленинградцев. После Мироныча везли в сталинском спецпоезде в Москву. Там обеспечение безопасности вождей во время прощания в Колонном зале Дома Союзов.