Лунный свет на заре. Книга первая. Цикл «Ярость Творца»

Я метнулся назад и, пока рептилия и человек делили деревянную палку, словно копьё, свой посох вонзил тупым концом в глаз хищника. Варан взвился волчком, пытаясь сбить меня своим хвостом, однако я успел подпрыгнуть чуть не на высоту своего роста и хвост рептилии просвистел на уровне моих колен, которые в тот момент должны были находится на этом месте. Инерция развернула ящерицу и она, потеряв равновесие, рухнула в пропасть, увлекая за собой остатки каменных перил.

Мостик начал разрушаться ещё более интенсивно, и мы с Эллен драпанули в сторону города.

Когда мы подбежали к краю моста и уже ступали на твёрдую поверхность, вся середина древней постройки находилась в воздухе, падая вниз. Некоторые из каменных блоков уже достигли дна и глухо ударялись о нижнюю поверхность разлома.

Немного отдышавшись и полакомившись спелым виноградом в небольшом саду у дороги, мы продолжили наш путь. Назад дороги всё равно уже не было, поэтому – только вперёд.

Птеродактили, словно голодная свора шакалов, спикировали с синего неба в глубину извилистого провала и стали слышны звуки борьбы, возня и клекотание.

Стервятники рвали свою добычу и чавкали, проглатывая куски свежего мяса.

Мы, прикрываясь ветвями деревьев, поспешили подальше от этого места, всё ближе и ближе подходя к замшелым городским стенам и поражаясь их величию и былому великолепию.

Ещё немного, и вот она – городская стена, раскинувшаяся, казалось, от края до края. Башни пустыми глазницами смотрели на нас, вопрошая кто мы, и куда держим свой путь, а мы лишь внимательно наблюдали за окружающей обстановкой, мысленно восхищаясь древними строителями, которые сумели воплотить в камне всё это буйство архитектурной и инженерной мысли.

Глава шестая

«Мрак заброшенного города»

Никаких признаков жизни мы не заметили ни на подступах к величественному городу ни около высоких, покрытых лишайником стен. Не было привычной суеты городских улиц, не цокали копытами повозки нелегальных таксистов, никто не выливал помои на поля твоей широкополой шляпы и не мочился тебе за шиворот с деревянного балкона, сидя, раскорячившись, на разошедшихся досках.

Да и шляп у нас не было, впрочем.

В спокойном, почти осязаемом воздухе не поднимался ни один дымок, не пролетали птицы, небыло слышно никаких голосов. Разве что далеко в вышине вороны-птеродактили выделывали какие-то немыслимые пируэты. Ни один звук не нарушал зловещей мертвой тишины.