Лунный свет на заре. Книга первая. Цикл «Ярость Творца»

Громкий хлопок последовал раньше, чем я успел схватить стрелявшего за руку и выбить у него пистолет.

В разные стороны брызнула кровь, окатив и меня горячим душем. А на шероховатом металле переборки медленно стекали вниз два человеческих глаза, уставившиеся прямо на меня своими увеличивающимися зрачками.

Второй пират успел выхватить падающий бластер и тоже нажал на спуск, но удостоился аналогичной участи. Его тело взорвалось с хлюпаньем гнилого кабачка и своей взбитой жижей заполнило скафандр, наподобие коктейля.

Я опустился на кушетку, немного поражённый увиденным, получается, что нанороботы защищали меня? Хотя нет, похоже, в их задачу входило сохранить средство их доставки в другие миры. А раз так…

Нет, я вовремя перехватил все свои мысли и постарался прекратить внутренний диалог. Собравшись, я вышел в коридор и поплыл по нему в сторону посадочной палубы станции, желая немедленно осмотреть звездолёт пиратов.

Перебравшись по аппарели, я подошёл к переходному шлюзу и, войдя в него, включил выравнивание давления. Через несколько секунд второй люк шлюза распахнулся, и я очутился в слабоосвещённом коридоре пиратской космической посудины. Действительно, посудины, поскольку их корабль был несравненно меньше в размерах, чем наша станция. Да и выглядел он куда как более древним и потрёпанным. Зато сила тяжести здесь была вполне человеческая, и я ощутил свои килограммы на подошвах скафандра.

Беглый осмотр нижних отсеков ничего не дал. Кроме всякого барахла, которое ещё неизвестно, могло ли пригодится, ничего у пиратов такого необычного я не обнаружил. Зато, войдя в рубку управления, я отпрянул, словно передо мной возникло привидение. Впрочем, привидений я не боялся, не каждое из них опасно. А вот рыбоид, сидевший в кресле и раздувшийся от собственной важности, мог представлять даже большую опасность, чем вооружённые бластерами пираты.

«Окунь», как обозвал я странного капитана, покуривал кривую трубку, пуская в потолок дымовые кольца, расходившиеся в разные стороны олимпийской символикой. Он уставился на меня своими немигающими глазами и от удивления выронил трубку, заскакавшую по полу как бильярдный шар. Плавники, с крючками-пальцами на конце, скользнули к кобуре, висевшей на поясе, но я, вырвав из направляющих кресло, запустил им прямо в Окуня.