Круто #быть_богом. Литературный марафон

Я уже видел его светлое будущее и свое роковое изгнание. Я предвкушал и наслаждался тем, что изменил не одну судьбу, а целое поколение.

Сегодня великий день, я спас жизнь человека, и сделал бы это еще раз, не думая о последствиях.

Мария Вельдяскина

Сдать экзамен или спасти Мир

На чердаке пахло яблоками, осенним солнцем и мятой. Брабош проснулся раньше обычного, ещё до полудня. Какое-то предчувствие грызло внутри, перебивая сон. Но, поскольку вокруг ничего не происходило Домовой принялся перебирать нити вероятностей.

Он никак не мог здать экзамен в школе Ангелов.

– И зачем только я к ним сунулся?! – бурчал Домовой…

Хлопнула ставня, в окне появился Веньюс.

– Ты не представляешь! Что я сделал! – начал он без предисловий.

– Прикинь! Я нашёл тот момент, когда Элвис красился под Тони Кертиса и незаметно добавил перекиси и красного тонера в краску! Его волосы стали розовыми! Розовыми, Бро! Больше того ему понравилось! Он решил, что это знак судьбы – и теперь по Монте Карло разгуливают толпы розововолосых актёров.

А я, к твоему сведению, сдал экзамен! – он показал язык, по-шутовски сделал реверанс и исчез…

Брабош так и остался с открытым ртом… Ведь он, перебирая нити вероятностей хотел спасти Мир! И всегда! Всегда находилась альтернативная история с похожими параметрами.

Отпустив линии в течение времени Брабош поплыл к истоку времён. Экзамен уже не интересовал его, просто стало любопытно…

Елена Куксина

Милая Айси

Улицу медленно заполняет туман, она садится в кабриолет и алые струйки крови текут по его бортам, заливая мостовую.

Вспышка. Мы идем по Пер-Лашез (парижское кладбище) опустив головы.

Милой Айси больше нет.

Вспышка.

Я просыпаюсь в холодном поту, виски пульсируют, руки дрожат от ужаса. Мне никогда не нравилась эта её страсть к скорости. Я никогда её не любила.

Ницца, Франция. Небольшой ресторанчик на английской набережной.

– Я сегодня встречаюсь с этим милым мужчиной, Бенуа Фалькетто, – сказала Айседора и пригубила вина, – Он хорош, как греческий бог! Думаю, я могла бы согласиться стать его женой.

Лицо Мэри Дэсти перекосило:

– Боже, дорогая моя, тебе уже давно не двадцать! Ты должна, наконец, перестать вилять хвостом! Твой единственный брак не привел ни к чему хорошему. Где теперь этот русский? А твои бесконечные связи?

– Нельзя продолжать жизнь, не основанную ни на чем, Мэри. И оставь в покое Сергея, я не хочу об этом говорить.