За чашечкой турецкого кофе. Рассказы-миниатюры о жизни в Турции

Уже не молодая Фирюзе взяла на себя все хлопоты. Всю свою по сути не растраченную любовь отдала женщина Азизу. И победила болезнь и вытащила юношу!

Теперь в их отношения вошла нежность и благодарность. Однажды, в бреду, назвав Фирюзе мамой, Азиз так и стал ее звать.

«Сынок!» – шептала Фирюзе и гладила его по непослушным жестким волосам.

«Тетя Фирюзе, посмотри!» – прервал ее воспоминания детский голос. – «Вон Азиз приехал!!!»

«Азиз, ох, сынок, что ж ты не предупредил, у меня из угощений- только леденцы.

» – засветилась, бросилась ему навстречу Фирюзе.

«Мама, я так соскучился!»

Сафия

– Ахмет улетел, – с улыбкой сказала Сафия соседке.

– Куда?

– Да вон туда. – махнула Сафия вверх рукой и вытянула палец в направлении облака.

«Бабуля не в себе» подумала соседка, а вслух сказала:

– Надо звонить родне…

Дед Ахмет последнее время сильно хворал, а днями случилось у него обширное кровооизлияние в мозг, после которого он уже и не встал. Приехавшая скорая хотела забрать деда в больницу, доживать последние дни, да вот Сафия уперлась, «дома ему лучше».

Из Анкары примчался сын, Ораз, хороший мальчик— инженер в крупной строительной компании, не зря они с дедом отправили его в Университет учиться: уважаемым человеком стал, да и про пожилых родителей не забывал: гостили они у невестки раньше часто, пока дед не слег. И дочка с внучкой Нилюфер и зятем примчались сразу. Все плачут, а она улыбается.

– Мама, ты что? Ведь папы не стало…

– Нет, доча, он просто улетел и за мной прилетит скоро.

Дочь зарыдала еще больше.

– Бабуль, а куда дедушка улетел?

– Да вон, милая, посмотри на то облако, он нам и рукой машет!

Нилюфер послушно поднимает свои удивительно синие, как и у бабушки глаза, и кричит:

– Привет, дедушка! Я тут!

– Умничка, деточка, ты его тоже видишь.

– Да, – послушно кивает та аккуратной головкой с волосами, собранными в тугую косу.

Разошлись гости, навестившие семью по такому печальному случаю, откричались, отплакались.

Сафия собрала герань в горшках и пошла на кладбище. Как же без герани? Ахмет так ее любил. Да вот беда, нет на кладбище солнца – огромные кипарисы заслонили его, а герань она ведь солнечная.

Вот и носит ее туда Сафия в горшках.

Хорошо они с Ахмедом жили, дружно. Любовь? Была, конечно, как он ее замуж позвал, обожжя иссиня черными глазами, так в тот же миг синеокая Сафия и побежала за ним. Не богат, лепит с утра до вечера свои горшки, да вазы в мастерской.