Ожидание свободы. Роман

Филипп, сняв тулуп, шапку и рукавицы и повесив их возле тёплой печки, вздохнул:

– Две кобылы вот-вот должны жеребиться. Сейчас поужинаю и пойду караулить.

– А можно мне посмотреть? – Вася отложил журнал на лавку.

Младшие, Павлик и Ваня, завизжав от радости, подбежали к отцу и тоже стали его просить взять их с собой. Филипп добродушно улыбнулся в густые усы.

– Я вас позову, когда появятся жеребята. А до этого кобылам не надо мешать. Если уснёте, я вас разбужу.

– Меня, чур, не будить, – Лиза села за стол рядом с мужем, – я уже насмотрелась на это явление и лучше посплю.

– Я сам справлюсь. Да там-то и справляться нечего. Кобылы сами всё сделают. Я лишь потом подстилку сменю, – хозяин семейства достал из чугунка картофелину и, положив её в сковородку с луком, стал разминать вместе с кожурой, – из Петрограда доходят тревожные вести. В связи с этим нам надо подумать о своём будущем.

Лиза в испуге посмотрела на мужа:

– Нам что-либо угрожает?

– Пока – нет, но любая война, смута чреваты плохими последствиями.

Нам надо быть готовыми к ним. Я тут подумал и решил, что нужно дом твоих родителей, который находится в деревне, подремонтировать и подготовить, в случае чего, для твоего переезда в него, Лиза, с детьми. А я останусь здесь один до лучших времён. На прошлой неделе я разговаривал с земским участковым начальником, который меня проинформировал, что в Петрограде уже в открытую готовится восстание под лозунгами свержения монархии, национализации земли и частных предприятий, а царь не принимает никаких серьёзных мер. У нас десять десятин земли, породистые лошади, свой хутор. Что с этим будет, когда к власти придут революционеры? Не знаю.

– Ты у нас, Филипп, умный, разбираешься в политике, одно время сельским старостой был. Народ тебе доверил эту должность, поэтому тебе лучше знать, что делать в складывающейся обстановке, а я от этого далека. Моя жизнь посвящена тебе и детям.

– Спасибо тебе, Лиза, за любовь и верность мне, а я тебя люблю и сделаю всё возможное, чтобы вас обошла беда.

Ладно, пойду в конюшню. А вы, мужики, быстро спать, если хотите посмотреть, как жеребята первый раз будут становиться на ноги и сосать вымя своих мам.

Когда дети залезли на достаточно вместительную лежанку на печке, а жена улеглась на деревянную кровать за занавеской, Филипп вышел из дома в морозный звёздный вечер, прихватив с собой керосиновую лампу. В безмолвном воздухе изредка раздавалось фырканье лошадей и шуршание сена.