Юдоль обитателя

Юдоль обитателя

Артур Резяпов

Интересно и занимательно (ещё как), почему я простой обыватель, мещанин? Где ж толпы желающих узнать, какое оно, моё бытие?.. Ну да, я не личность, но ненавижу и люблю, почти как он, тот, кто смотрит на меня с экрана. Я – это он. Он – это я.В рассказах обыгрываются различные житейские ситуации, явления. Главные герои –обычные люди: без имён, без возраста. Нет каких-то конкретных указаний мест происходящих событий. Поскольку «основной нитью» является сама жизнь, выбор, размышления героя.

Юдоль обитателя

Артур Резяпов

© Артур Резяпов, 2018

ISBN 978-5-4493-8326-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Простой дядя

Грязные обои, скрипящие полы, дырявые окна и потолок, в каких-то жутких разводах жёлтого цвета ? моя комната… Извините, ошибка, не совсем моя. Съёмная. Вообщем, лет мне сейчас почти сорок и это всё, не считая должности грузчика, чего я добился в своей весёлой жизни.

Родился в деревне. Был, по счёту, четвёртым ребёнком в семье.

Ужас. Мои бедные родители, конечно, не жаждали от судьбы такого подарка, но, когда единственное развлечение ? пыхтение тёмной ночкой под тонким одеяльцем, выбирать не приходилось. К сожалению, аборты тогда не практиковались. Считалось кощунством, оборвать жизнь маленького человечка. Огласив дом криком, я навсегда покинул рай и оформил прописку в предбаннике ада. Детство в виде мячиков, солдатиков, конфеток или машинок, прошло мимо. Вместо этого у меня были мойка, копка, вытирание соплей и какашек за младшим братиком, иногда (очень редко) походы в мрачное одноэтажное здание, где говорили уж совсем страшные вещи: читай… пиши.

Потом, по истечению нескольких зим, в нашем доме закатилась большая пьянка. Повод разумеется был. Похороны. Папочка, всегда казавшийся мне таким сильным и крепким, особенно в моменты получения подзатыльников, в одно прекрасное утро (ярко светило солнце и роса, словно жемчуг, которого я никогда не видел, блестела на зелёной, сочной травке) свалился с лестницы, приложился головой к полу и с треском и лужей крови отошёл в мир иной.

К ангелочкам.

Мы стали ещё беднее. Хотя, я думал, дальше некуда.

Всё время хотелось есть и спать. Высшим счастьем было тогда сожрать корку хлеба, с последующим сном, как минимум, часа на два. А лучше на сто или тысячу, или вообще, заснуть навсегда. Отвязаться, в конце концов, от этого тяжёлого мира. Мне было жалко людей и себя: как же мы страдаем.