105 Дней

Дмитрий, смутившись из-за такой реакции, понимал, что недосказанность не может продолжаться вечно, и как бы ни было неудобно и противно говорить о наболевшем, это все же придется сделать. Сделав серьезное лицо, он глотнул сока, и продолжил:

– Эта… неопределенность, мягко говоря, не может длиться вечно… Понимаешь, все так сложно… Я попытаюсь сколько смогу сохранить наш тесный мирок, нашу маленькую тайну. Но так не может быть вечно. У меня есть жизнь, коллеги, друзья. Рано или поздно они узнают о тебе или же заметят изменения в моем поведении.

Люди чувствуют такое… Или, не дай Бог, о тебе узнает государство! Ты знаешь, что тогда будет? Я – не знаю! И, честно говоря, не хочу… Ты не ешь и не пьешь, но в тоже время, твое тело также живет как мое или чье либо еще… и это сводит меня с ума – так кто же ты, человек или нет?

Пока Дмитрий выговаривал все это, Виктория сидела поникнув головой, и кто знает, что происходило под этой чертовски привлекательной оболочкой.

– Я не знаю… наверно человек… Но не такой как ты или кто еще… – медленно, меланхолично, с болью протянула она.

 – Я не могу объяснить. Чувствую, но не могу объяснить, – нет слов! Мне надо еще почитать, пожить, подумать и может быть тогда я обязательно узнаю….и расскажу тебе. Обещаю!

Немного помолчали, у Дмитрия пропал аппетит. В этой светлой головке явно что-то пряталось, и он не знал, хочет ли чтобы оно показалось, прояснив ситуацию, или нет. Но что-то надо было делать, это и толкало на обострение разговора.

– Извини, конечно, но все же если ты захочешь поговорить, или что-нибудь вдруг станет яснее, но ты не сможешь это выразить, всегда можешь попросить моей помощи… Я найду нужные слова! Раз уж так судьбе было угодно, чтобы ты попала ко мне… то я сделаю все от меня зависящее чтобы ты не пожалела об этом!

Виктория несколько раз кивнула головой, все так же опущенной, в знак согласия. Очевидно, несмотря на смех и улыбки, она также часто, если не постоянно, задумывалась над своим будущим и настоящим, тщетно пытаясь вспомнить свой путь сюда, на Землю в этот пыльный мир людей.

Посидели, помолчали. Хорошо начинавшийся вечер, закончился не очень приятно. Так бывает, особенно если имеешь дело с неизвестностью, или с чем-то, что сидит у тебя в голове и не отпускает.

Еще немного подождав, Дмитрий предложил, наконец, поехать домой, поскольку уже было поздно. Виктория согласилась как обычно без видимой радости или печали, лишь кивнув головой.