Невидимая реальность

Люди за соседним столиком весело шутили о предстоящем полете, а потом поинтересовались, почему я плачу. Я ответила: «Моего брата убили полицейские, еду на похороны».

Начались кухонные беседы об ужасной жизни в нашей стране, как все плохо и как тяжело. Слова, слова, слова и еще раз просто слова, и смелое возмущение, пока никто не видит. В этот момент я чувствовала себя такой маленькой и беззащитной: «Смогу ли я пробиться через все баррикады лжи, безразличия, жестокости, бюрократии, кумовства? Смогу ли я узнать правду о смерти брата, добьюсь ли правосудия?»

Я была полна сомнений и отчаяния.

Меня разрывали боль утраты и страх перед предстоящими похоронами. Из Кишинева пришло сообщение, что тело выдали отцу, и он уже на пути домой. Мы все куда-то ехали.

Вскоре объявили о посадке. Самолет из Кишинева успешно приземлился и наконец был готов принять новую порцию пассажиров на свой борт.

Я оказалась почти в хвосте самолета, рядом никто не сидел. Меня отделяло всего два часа от встречи с реальностью.

Хотелось отдохнуть, потому что я знала: это моя последняя возможность. Я попробовала разместиться на свободных сиденьях, но у меня ничего не вышло. Всю дорогу до Кишинева я просидела в кресле и не сомкнула глаз.

Приземлились мы глубоко за полночь. Три недели назад я уже совершала подобное путешествие, летела на долгожданную встречу с моими родными, чемодан был полон гостинцев, а сердце переполняла радость. Сейчас же я была растеряна, подавлена и испугана. Встречал меня двоюродный племянник, которого я помнила еще малышом.

Я была в футболке, а он – укутан в теплый свитер. Он странно на меня посмотрел и сказал: «Что-то ты не по погоде. У нас очень холодно». Я сильно пожалела, что не прихватила теплый свитер из дома. «Но ведь лето, жара!» – подумала про себя.

Пока шли к машине, уже успела замерзнуть. Несмотря на работающий обогрев, холод поселился глубоко внутри меня и не покидает до сих пор. В этот день дул сильный ледяной ветер, совершенно не свойственный этому времени года.

«Очень не случайно, – подумала я, – это ветер перемен».

Ночевала в Кишиневе у родственников. Засиделись на кухне, я пила чай, хотела согреться. Во втором часу ночи решили отдыхать, выезд планировали на 6 утра.

Сон. О каком сне может идти речь? Мысли, эмоции, воспоминания, внутренний холод – вот что занимало мое сознание. Смерть, похороны. Не так много их было в моей жизни.

Дедушка умер, когда мне исполнилось 14.