Первая Рыжая. Повесть (Издание второе, дополненное)

 – Разве можно так вести себя с женщиной?! Тем более с женщиной, которая тебя уже почти что любит?

– А что? Что не так? – я действительно не мог понять, в чём дело, что я сделал «не так».

– Ты как робот-автомат, который забивает гвозди! Долбишь как отбойный молоток, и никаких чувств. А где ласковые слова горячим шёпотом на ушко, я тебя спрашиваю?!

Мне стало как-то не по себе, но Татьяна, вдруг, снова рассмеялась, и я понял, что рассердилась она «понарошку».

– Ну ничего, мальчик мой, – продолжила она, как ни в чём не бывало, – я тебя всему обучу.

Ты ведь хорошо учишься, там, в своём институте? Вот, будешь слушаться старших, всё у тебя получится. Налей-ка выпить. Перекур.

Мы ещё немного выпили, и Татьяна включила маленький импортный кассетник, который стоял у изголовья тахты, и я его не заметил ни в первый раз, ни сегодня. Лёгкая медленная инструментальная музыка, небольшой хмель расслабили меня и полностью сняли напряжение. Татьяна развернула меня на живот и стала массировать спину.

Это было очень приятно, весьма эротично, и я чувствовал себя великолепно. Потом мы снова занялись своим делом, и под руководством опытного наставника, я, по её словам достиг неплохих результатов. За это, сказала она, полагается специальный приз. «Специальный приз» настолько вскружил мне голову, что я взлетел, чуть ли не под самый потолок, два раза подряд.

– Что, балдеешь, падлочка? – усмехнулась Татьяна, – то-то, знай наших!

Потом откинулась на спину, и сделала гимнастическую позу «берёзка»

– Ну-ка, Алекс, оцени мои ножки? Какими ты их находишь? А? Ты совсем мною не восхищаешься, грубиян!

– И ножки твои, и ты сама просто класс, – просто ответил я, – мне очень хорошо с тобой…

– … любимая, – договорила за меня Татьяна.

 – Или не любимая? Отвечайте, гражданин Серебряков!

– Ну конечно, любимая, – пролепетал я, – только…

– Что, «только»? В чём вообще дело?! – Татьяна поднялась в полный рост на тахте и грозно смотрела на меня сверху.

– Ну это… мы ведь ещё так мало знаем друг друга, – смущённо оправдывался я.

– Да как это мало?! Я, например, о тебе знаю всё и даже больше… и даже точный размер твоего инструмента. А ты что ещё хочешь обо мне узнать? Так давай, спрашивай, не стесняйся. У меня нет секретов от тех, кого люблю, а кого не люблю, пусть идут в задницу!

Я молчал, как-то не был готов к такому разговору. Конечно, Татьяна была сильной и решительной женщиной, это я уже понял.