365. Сказки антарктических писателей

Первые плащ унд шляпу сжёг в мусорном ведре, а под другие плащ унд шляпу спрятал секретные фотоаппараты, секретные видеокамеры, секретные микрофоны, секретные пистолеты из секретного чемодана с секретным замком.

Отправился человек в городской парк, присел на скамеечку, настроил камеры, развернул газетку и начал наблюдения.

– Здравствуйте, дядя! – раздалось вдруг под лавкой. Человек выглянул из-за газеты и увидел мальчика в шортиках. В руках он держал верёвку, привязанную к пластмассовому самосвалу.

– Дядя, а что это за дыра у вас в газете? – спросил мальчик.

Человек свернул газетку, посмотрел на ребёнка и осклабился.

– Дядя, а что это за окуляр из плащей выглядывает? – снова спросил мальчик.

Человек нервно поправил штаны, укутался в плащ и надвинул шляпу на глаза.

– Дядя, вы, наверное, секретный агент?! – обрадовался мальчик.

Человек вскочил со скамейки и быстрым шагом направился к выходу из парка. Мальчик с самосвалом последовал за ним, за штаны уцепился, плачет слёзно и кричит криком:

– Дядя, дай пистолетиком поиграть!

Агент, отмахнувшись от грудника, выскочил на проезжую часть, где тут же был сбит бензовозом сибирской нефтяной компании.

В народе говорят: концы в воду – и пузыри в гору. И не зря.

ЕВГРАФ ТРУПИЦЫН. БУБЕЛ. ДЕНЬ ДЕВЯНОСТО ТРЕТИЙ

Одна из трагедий в жизни любого сытого чиновника, будь он арабским визирем или китайским мандарином, есть рождение заведомо тупого, ни к чему непригодного наследника, из которого впоследствии вырастает сорняк и паразит в едином лице.

Сорняк и паразит категорически не соглашается с ролью сорняка и паразита, однако за неимением доказательств иного демонстративно гниёт и превращается в силос. Впрочем, история не об этом.

На седьмой день сатурналий решил один министерский советник отвести своё чадо на новогодний карнавал, дабы чадо сие растрясло жиры и мозги. Кузьма, – так звали чадо, – в свои восемь с половиною годков уже слыл среди детворы мальчиком обжористым и жадным, никакой пользы обществу не приносил, и никто с ним не дружил.

– Одевайся, Кузьма, на утренник поедем! – ликующе сообщил отец, но был сконфужен мрачным взором сына:

– Как это вам, папенька, не стыдно над ребёнком издеваться, босяцкие утехи предлагать?!

– А что же ты хочешь?

– Мотоциклетку!

– А ежели мотоциклетку куплю, пойдёшь?

– Уговорили, – проворчал Кузьма. – Но! Чтобы с выкрутасами мотоциклетка!

Так и порешили.