Сын Орла

По мере того, как игорные долги росли, а кредит истощался, Чарльз начал занимать деньги из оборотного фонда Ардуна. «Все это поправимо», – говорил он себе, полагая, что естественный порядок вещей, следуя которому он так быстро потерял деньги, однажды позволит ему так же быстро их вернуть.

Нужно было срочно провернуть какое-нибудь прибыльное дело, которое бы окупило его игорные долги, займы и налоги на наследство, заложило бы надежную финансовую основу для Ардуна, а заодно позволило бы Чарльзу вести образ жизни, приличествующий его новому общественному статусу.

Знакомый Чарльза, Самуэль Штэйнберг, казалось, предложил подходящее решение. Янки Сэм, как называл его граф, работал брокером и занимался покупкой и продажей ценных бумаг и собственности на Нью-Йоркской фондовой бирже. Он обещал головокружительные прибыли тем немногим избранным, кто воспользуется его богатым опытом и знанием рынка. Янки Сэм предложил графу присоединиться к этому магическому кругу с условием, что тот приведет с собой несколько состоятельных клиентов банка «Браунз».

Для участия в этой игре Чарльз взял крупный краткосрочный кредит. Немногим более года спустя Янки Сэм был арестован в Нью-Йорке. Он обвинялся в том, что щедро расплачивался со своими первыми вкладчиками за счет взносов последующих «игроков». Эта комбинация называлась схемой Понци и являлась, по сути, финансовой пирамидой, которая рухнула с арестом Янки Сэма. Чарльз и те клиенты банка «Браунз», которых он вовлек в эту авантюру, потеряли все.

Для того чтобы как можно быстрее восполнить потери и погасить кредиты, Чарльз занял еще более крупную сумму в Лондоне, заложив для обеспечения займа семейные владения. Эту сумму он использовал для спекуляций на валютном рынке – со столь же плачевным результатом, – после чего продолжал катиться с ускорением по наклонной плоскости.

Поначалу такое скверное развитие событий приводило Чарльза в ярость. Но по мере того как печальные последствия его авантюры становились все более очевидными, – так, например, ему пришлось значительно сократить личные расходы и уволить из Ардуна несколько старых слуг, некоторые из которых прослужили Гриффинам более пятнадцати лет, – гнев его постепенно превращался в замешательство.

Оставаясь в одиночестве, Чарльз сгорал от стыда, понимая, что из-за своего безрассудного желания «восстановить денежный поток» через Ардун он потерял практически все состояние.