Правозащитник

Но я не оставлю вас на произвол судьбы… я клянусь в этом! Те люди, которые виноваты в вашем несчастье… они понесут наказание.

– Эээ, – протянул Виталий.

– Пройдут годы, – прошептал Белосельский, – но я найду этих людей!

– Вы так молоды, – возразил Виталий, но Белосельский посмотрел на него таким горящим взором, в котором пламенела несгибаемая сила воли.

Немного погодя молодой человек успокоился.

– Сила, что есть во мне, клокочет и бушует. Иногда мне кажется, что я сам едва умею управлять ею, а иногда, что она управляет мной.

– Тем более что… – подхватил Виталий.

– Что?

Виталий запнулся.

– Простите, шеф, но ведь я сам видел, как он разрядил в Вас всю обойму… Вы…

– Сейчас не время об этом! – надменно ответил Белосельский и вновь приблизился к детям, которые по-прежнему сидели на бархатной оттоманке.

– Вы поживете здесь… до того момента, пока приемная семья вас не заберет. Кому попало я вас не отдам.

И затем прибавил другим, более мягким тоном:

– Прикажи подать ужин, самый изысканный!

– А Вы, шеф?

– Я присоединюсь, но чуть позже… с некоторых пор у меня пропал аппетит… особенного после всех тех событий.

Виталий вздохнул и велел принести ужин в гостиную.

* * *

– Ты хочешь роскошную свадьбу?

– Ну конечно, – Елена обнимала его за шею и Белосельский ощущал ее жгучие губы, – самую роскошную в мире.

Ночная Москва расстилалась перед ними. Тусклый свет огней сменялся более ярким, но затем опять мерк, и вновь возрождался… Дорога иногда кажется бесконечной, если не видишь ее конца.

– Твой «Аргус» за нами не следит? Меня это несколько утомляет.

– Нет, на данный момент нет, но все равно он где-то поблизости.

– Так будет и после нашей свадьбы?

– Весьма вероятно.

– А если я буду против такого явного вмешательства в нашу жизнь?

Белосельский усмехнулся.

Она вошли. Столик был заказан, и Алексею и его невесте отвели лучшее местечко.

– Я улавливаю скрытое недовольство в твоих словах.

– Я ненавижу, когда за нами следят. Я не шучу. Я вполне серьезно. Это как если бы за мной все время подсматривали.

– Но видишь ли, Лена, ты же знаешь, кто я… и кем собираюсь стать!

– Ну только не начинай, иначе я обижусь! Сегодня мы будем говорить только о свадьбе, ты же обещал.

– Хорошо, извини.