Правозащитник

И это еще лучшие… Но я тебя обрадую…

– Чем же?

– Тем, что после твоего ухода в банк наведались и другие мои представители, которые, не застав М***, кое-что прояснили Лохидзе, а потом навестили его на вилле в Ницце, где застали всю их камарилью в полном сборе. Знаешь, о чем беседовали эти молодчики? Они обсуждали перспективы покупки футбольного клуба! Представляю себе их изумление, когда мои ребята перед ними предстали… Кстати, вилла у них слабо охранялась – человек пять-шесть и легко вооруженных.

– И что же в конце?

– М*** и Лохидзе принялись уверять, что инструкции уже выполняются, и что они в любую минуту готовы переписать всю недвижимость на нас, как только мы им прикажем.

– Банк сам по себе им не нужен, они сами являются акционерами французских компаний…

– Полный перечень которых у нас есть. Я его уже обсудил с некоторыми влиятельными персонами, и мы пришли к выводу, что М*** больше нам не нужен. Мы не можем ему доверять как раньше. Поэтому мы решили его отстранить… навсегда.

– Что это значит?

– Внешне все будет прилично и формально.

Господин М*** уже не молод и подвержен приступам болезни… его найдут на яхте в обществе прелестных девиц из «Мулен Руж»… Кстати, секретарша из банка… видел ее?

– Да.

– Красивая девушка! Никто и не подумает, что она «наша».

– Я это понял, – тихо произнес Белосельский, – но в конце только… в ее глазах было что-то странное.

– Хорошо, ты еще увидишь, как мы реформируем банк.

– И кто же станет директором?

– Некто Слоновский. Он приходится дальним родственником нашему министру.

Приказ уже подписан. Слоновский поедет не один, мы подготовили ему две команды – для внешнего и внутреннего прикрытия. Но это уже наши секреты, и я в детали вдаваться не буду. Тебе об этом незачем знать. Зато мы можем быть уверены, что Слоновский нас не предаст…

– Вы уверены в нем?

Сафронов улыбнулся и, подойдя к окну, слегка приоткрыл бархатные жалюзи, чтобы больше света проникло в комнату.

– Я уверен в одном, что человеком всегда руководят одни и те же чувства… Например, страх… По сути, все люди одинаковы и предсказуемы.

Они напрасно думают, что они свободны. Истинная свобода – о которой тебе так красноречиво толковал Лохидзе – заключается совсем в другом, не в тех принципах «Свобода, равенство, братство», что так фальшиво звучали в его устах, а в нашем внутреннем духовном мире, в правильном осознании свободы для нас самих, и в том, какими поступками мы будем оправдывать эту свободу.

Сафронов умолк.