Кэш

Если сам он в двадцать восемь лет стал начальником управления в союзном министерстве, почему молодой русский инженер не может работать в Венесуэле? Менялись времена, менялись…

Странное какое-то виски. Не берет. Нужно добавить.

За тем, что в те годы происходило в стране, Олег следил с интересом, но как бы отстраненно – так болельщик следит по телевизору за футбольным чемпионатом. На его жизнь ничего не влияло: ни горбачевская антиалкогольная компания, ни яростная борьба народных избранников за отмену 6-й статьи Конституции о руководящей роли КПСС, ни ощутимый даже в Москве дефицит продуктов.

Зарплаты хватало, продукты по-прежнему привозил шофер тестя, а водки и коньяков было всегда полно в его домашнем баре. Только вот тесть с каждым днем становился всё более хмурым и раздражительным. Но Олег научился слушать его с внимательным и сочувствующим видом, а все его слова пропускал мимо ушей. Даже ГКЧП воспринял как неожиданное развлечение.

К вечеру 19-го августа он из любопытства он подъехал на Краснопресненскую набережную.

Машину оставил возле гостиницы «Украина», вместе с толпой прошел к Белому дому. На улице стояла колонна танков, но вид у них был не устрашающий, а довольно мирный. Экипажи сидели на броне, покуривали, пересмеивались с москвичами. В дулах танков торчали какие-то красноватые цветки, везде одинаковые. «Девушки подарили?» – спросил Олег у танкиста. «Какие там девушки, – ухмыльнулся тот. – Старшина!»

Возле Белого дома бурлила толпа, происходила какая-то жизнь.

Куда-то тащили арматуру и бетонные столбы, катили огромные деревянные бобины из-под кабеля – строили баррикады. Но по большей части кучковались возле тех, у кого были транзисторы, напряженно слушали радио «Свобода». По радио передавали, что Горбачев в Форосе. В толпе появлялись какие-то озабоченные люди, военные и штатские, на ходу отдавали приказания. Олег узнал среди них вице-президента Руцкого, примелькавшихся по телевизору депутатов. Покрутившись возле Белого дома часа полтора и подкатив к баррикаде бобину, с трудом пристроившись к облепившим ее энтузиастам, Олег решил, что остальное лучше смотреть дома по телевизору и начал выбираться наружу. И тут на него наскочил какой-то человек в камуфляже без знаков различия, весело приветствовал и сразу спросил:

– Ты на машине?

Это был Гольцов. Олег даже не сразу его узнал – из-за камуфляжа и сильно загорелого лица.

– Да, а что? Ты как здесь? Я слышал, ты в Венесуэле.

– Проехали.