Одесские зарисовки

 – Квартира хорошая, хоть без особого ремонта, но чистая, – жуя, хрустит яблоком коллега, – комнаты раздельные, кухня проходная, колонка газовая, АГВ, есть балкон, хозяйка говорит, что срочно нужны деньги, думаю, что небольшой торг возможен, по документам купля – продажа, неузаконок и арестов нет. Покажешь без меня. У меня с 14-00 «цепочка» просмотров на Таирова.

– Ясно. Договаривайся на просмотр в три часа…

– Здравствуйте, вы Андрей, – голос я узнал сразу. Передо мной стояла симпатичная молодая женщина средних лет со статной фигурой, внимательными синими глазами, чувственным ртом, большим благородным лбом и волосами, стянутыми пучком на затылке.

– Марина? Добрый день. Садитесь в машину, нас уже ждут…

Вход в квартиру был с арки крепкого трехэтажного дома. звоню, дверь открыла пожилая сухощавая женщина с бледным пергаментным лицом и синюшными губами.

– Здравствуйте, – вымученно улыбнулась она, – вы квартиру смотреть? Заходите.

Квартира действительно была чистенькая и ухоженная.

Немного диссонировала мебель. Было такое впечатление, что её сюда свезли с нескольких квартир или из квартиры большей площади.

– Скажите, и что вы хотите за вашу квартиру? – деловито осмотрев всё, спросила Марина. Она явно была готова торговаться.

– 26 тысяч. – ответила несколько нервно хозяйка.

– Торг есть?

– Нет. На нас ложатся ещё большие траты по налогам. Мы только два года как её купили.

– А почему продаете, что-то не так? Что вам не подошло? – насторожился я.

– Что вы! – махнула рукой хозяйка, потом закачалась, опёрлась рукой о стол и упала на подставленный мною стул. – Ой, спасибо вам, – обратилась она ко мне. – Нам тут всё подходит с мужем. Жили бы и жили! Вот только сердце у меня… Думали, что кардиостимулятора еще хоть на несколько лет хватит, ан нет. Нужно менять. И срочно. Поэтому продаем квартиру. Уступить не можем. Шесть тысяч будет стоить новый стимулятор. На оставшиеся нужно купить жилье.

– Но что вы купите на оставшиеся деньги? Вы же ничего из самостоятельных квартир не найдете.

Только коммуну… – уже более мягко, без торгашеской агрессии спросила покупательница.

– Я понимаю. Я уже совсем не хотела ничего продавать. Думала будь что будет! Сильно дорого это моё сердце нам с Толечкой обходится. Какая квартира у нас на Белинского была! – покачала своим воспоминаниям головой хозяйка, – но Толик сказал, что для него нет ничего в мире дороже моего сердца. Вот и подчиняюсь супругу.