Волк, который любил читать

Для Волка это чувство было почти незнакомым – он любил жизнь, но в его сердце оставалось пустое пространство, ничем не заполненное.

Было то, что Волку ужасно в книгах не нравилось – однобокость и одинаковость всех человеческих самок. Они всегда были красивы. Всегда бледны, гибки и аристократичны, всегда юны и подвержены меланхолии. Их лица одинаково заливались румянцем и слегка краснели, когда они злились, они одинаково были нежны и беззащитны, нуждались в заботе, боялись лишений и поддавались влиянию вместо того, чтобы бороться.

А если боролись, то все больше решая свою судьбу через окружавших их мужчин.

Те, в свою очередь, всегда были разными. Красивыми и уродливыми, толстыми и тонкими, смелыми и трусливыми, коварными и честными, злыми и добрыми.

Но это где видано, чтобы все были как под копирку? Зверь не понимал, почему так было заведено у людей, но точно знал – женщины, как и волчицы, способны постоять за себя и решить свою судьбу своей собственной силой.

Иногда волк представлял, как бы могла выглядеть его волчица, если бы была человеком.

Она была бы смелой, как дикая зверица, звонко смеялась и любила бы читать книги о приключениях.

Но, впрочем, это всего лишь мысли. Разве у Волка может быть дама сердца?

Когда снаружи окончательно темнело, Волк переставал читать и размышлять, зарывался в кучи тряпок или книг и засыпал. И снились ему чьи-то шаги, запах выпечки по утрам и совершенно незнакомый треск камина…

* * *

Кроме гостиной и кабинета-библиотеки, конечно, в Доме было еще много комнат.

По волчьему разумению, в такие хоромы можно было вместить стаю – иначе зачем столько места? Но Волк знал, что люди любят простор. А еще любят не смешивать место приготовления еды с местом, где едят, а место отдыха – с местом сна.

На первом этаже располагалась небольшая кухонька – самое волшебное, как казалось зверю, место в Доме.

Сколько здесь было всего! Комната вмещала в себя несколько шкафов и десятки полочек (не говоря уже о маленькой кладовой в углу) и нечто, куда люди селили огонь, чтобы готовить на нем еду, – печь. Тонкие, кружевные занавески пропускали маленькие лучики света, по весне бегающие по полу и вздымающие пылинки.

Под хранение и уют хозяйственной особы, которая, должно быть, готовила здесь когда-то завтраки, был приспособлен каждый сантиметр.