65,99 градусов северной широты. Сборник рассказов

Звуки улицы, обычно назойливые и раздражающие, почти не беспокоят. Скоро весна. Пока деревья стоят не одетые. Видно, как шевелятся ветки под порывом ветра или под тяжестью севшего воробья. С каждым днём их число увеличивается. Вот кто самый демократичный и общительный народ. Каждый радостно всем сообщает о своём появлении. Посидеть бы с ними на веточках и почирикать, а то лежишь, как в склепе. Представляю, как будет хорошо здесь весной. Так же как и в моём старом дворе. Хоть и взяли с Аллой новую квартиру, а ноги сами идут к своему старому дому.

Посидишь на лавочке около дома или на балкон выйдешь и просто дышишь. Воздух там какой! Алка сразу привыкла к новой квартире, а я так и не смог. Не моё это всё! Мне ближе, когда мы, одиннадцать человек, в шестидесяти квадратах жили. Сейчас, в стометровой, ищем друг друга. И кругом высотные дома – солнца даже не видно. Тоска!

Скоро жена придёт, надо подготовиться. Она и так уже “дошла” со мной. Единственное, что мог сделать, настоял, чтобы положила сюда: лекарства, процедуры, уход – мол, ещё есть надежда.

Хватило бы мне только сил до конца выдержать эти боли и достойно уйти. Перепробовано уже всё, но пока не научились лечить эту болезнь. Может и научатся лет через сто.

– Федя, привет!

– Здравствуй, Алла.

– Лекарства принимаешь? Тебе веры нет! На процедурах был?

– А то! Как на персональной машине, никого по дороге не подсаживают. Погрузили, отвезли, привезли, сгрузили.

– Медсестра говорит, что ты целыми днями в окно смотришь.

Даже телевизор не просишь включить. Сын зачем его тебе привёз?

– Фильм интересный – “Жизнь” называется, только каналы не переключаются.

– Ты почему не ешь яблоки, мандарины…

Хороша у меня Алла, даже если бы не был на ней женат, всё равно за ней бы приударил. Вроде все долги заплатил, только жене останусь должен. Обидится она на меня, что одну оставил. Прости меня, Алла, не смог – не бывает к Богу опозданий… Интересно, выйдет она после меня замуж? Одиночество – не самая приятная вещь.

Дети, внуки – это всё понятно. Но это никакой личной жизни. Даже если она и выйдет замуж, я буду не в обиде.

– Федя, Федя ты меня слышишь? О чём ты думаешь? Почему на меня так смотришь?

– Жизнь нашу с тобой вспомнил. Как начинали, как дети болели, как власть в стране поменялась: то федерация у нас, то конфедерация. То голод, то война. Только сейчас до меня дошло, как мало уделял тебе внимания.

– Выйдешь и наверстаешь, – уверяет Алла.

– Уже не выйду.