И каменное сердце любит…

– Ванечка, садись за стол, я тебя сейчас покормлю. Тебе сейчас надо быстрее встать на ноги. – Мать погладила сына по спинке. Ей хотелось, чтобы Иван ее обнял, но парень, похоже, еще стеснялся проявлять свою любовь и нежность. Слишком долгой была разлука, и вместо мамы у него была теперь бабушка.

– Мама, давай вместе позавтракаем. У тебя для себя, наверное, времени не хватает.

– С удовольствием, сынок!

После завтрака Айна собрала всю посуду, унесла в кухню и тут же вернулась в комнату к сыну. Им предстояло многое узнать друг о друге.

– Ванечка, родной, расскажи, что с тобой случилось. Почему ты оказался за границей. Ты от кого-то скрывался? Потому что не по сезону одет и без документов, скрывался, шел ночью. Я хочу вообще все знать. Как вы с бабушкой жили без меня. Как здоровье бабушки сейчас?

– Нет, мама! Я первым хочу услышать твой рассказ о том, что с тобой случилось. Пятнадцать лет тебя не было. Ты жила совсем рядом с домом и ни разу не могла отправить весточку? Мне это непонятно.

Глаза сына увлажнились. Тем не менее его карие глаза смотрели на мать выжидающе и даже строго. Айна понимала чувства сына. Он имел право знать всю правду.

– Хорошо, сынок! Поверь мне, что я исчезла не по своей воле. В тот день, когда я исчезла из поселка, был теплый солнечный день. Я его хорошо помню во всех деталях. Я вернулась с работы, вышла из автобуса, и мне нужно было пройти еще метров 200 до нашего дома. Я могла бы идти по тротуару вдоль дороги.

Тебя из садика забирала бабушка по пути, а я всегда проходила по опушке леса и собирала ту ягодку, которая в то время созревала. Сначала смородина, потом лесная малина, потом костяника, и земляничка. Землянику ты любил больше других ягод. И я так увлеклась, шла я в зоне видимости. Меня было видно с дороги. А мимо меня мчались и грузовики, и легковые автомобили, и рейсовые автобусы.

Я ниоткуда не ждала опасности. Перед моими глазами стояла нетронутая полянка, которая была красной от множества спелой земляники. Я присела и начала срывать ягоду вместе с веточками. Никого вокруг не было. Я даже шагов не слышала. Вдруг перед моим лицом мелькнула какая-то белая тряпка, и я потеряла сознание. Неизвестно, сколько времени я была без сознания. Видимо, меня усыпили эфиром.

Когда я очнулась, был глубокий вечер, сумерки.