Язычник

Он любил это время года. Ни холодно и не жарко. Солнце слепило прямо в глаза. Не вдалеке раскинулся Грозный. Молодой город, но уже столько повидавший на своем веку. Кругом виднелись черные от копоти стены, словно сломанные клыки возносились к голубому небу руины разрушенных домов. Над головой проносились вертушки, периодически выпуская одну две ракеты. Где-то вдалеке плотно работала артиллерия. Видимо загнали боевиков в горы и теперь дожимали. Интересно чем дома Никита со Светкой занимаются. Что-то писем давно не было.

Надо будет чиркнуть пару строк. Алексей взглянул на Клима. Тот тоже видимо думал о чем-то своем. Два месяца назад ему от девчонки пришло письмо. В нем она сообщила, что не будет ждать еще три года и выходит замуж, хотя все еще его любит. Клим написал, что она правильно сделала. Чтобы простила, за два года ожидания. Но то, что пацан мучается, было видно не вооруженным глазом и опять на его губах эта бестолковая улыбка.

– О чем думаешь? – спросил Алексей, подсев рядом.

– О матери с отцом, о сестре.

Она уже на третьем курсе в медакадемии.

– Ты хоть написал им?

– Нет, они даже не знают что я в Чечне. У матери сразу инфаркт будет.

– Я своим тоже не писал уже давно. Надо будет чиркнуть пару строк.

Парни разговорились о доме и не заметили, как прошло время. К нам подошел Зубр и недовольно пробурчал, что мол все уже собрались, а они вдвоем где-то шарахаются.

Зайдя в палатку к Головатенко, Алексей увидел всех ребят. Те смотрели в его сторону.

– Разрешите присутствовать, товарищ гвардии полковник? – Спросил Алексей.

– Махнев, ну ты охренел совсем. Если полковники тебя ждать будут, то дальше то, что?

– Виноват, товарищ полковник, – Алексей потупился и прошел к своему месту.

– Ладно ребятки, собрал я вас по всем вам известному поводу. Товарищ гвардии старшина Махнев вас уже наверно посвятил вкратце о сути нашего мероприятия. – Головатенко сделал акцент на звании и фамилии.

Все дружно закивали и с улыбкой посмотрели на Алексея.

– Значит мне уже не надо распинаться перед вами и я сразу перейду к главному.

 – Головатенко привстал с угла стола, на котором сидел и прошел за свое место.

Сбор назначили на завтра в пять утра, возле штаба при полной амуниции. Никому ничего не объяснять. Руководство бригады в курсе.

Отряд разошелся по палаткам собирать вещи. Как сказал полковник, они отправлялись в командировку сроком на три месяца, то есть до нового года.

В пять утра все стояли на вытяжку возле палатки Головатенко.