Дом Анны

Лидия: – Кто он и где он сейчас?

Петр: – Так как сценарий? Хорош?

Лидия: – Сценарий хорош. Но я не люблю, когда отвечают вопросом на вопрос (в голосе некоторая холодность).

Петр: – Он обвиняется в убийстве. Хотя, я уверен, что он, скорее всего, оказался не в том месте и не в то время. Это судьба. Рука Господня. Испытание или наказание, сложно сказать. Называйте как угодно.

Лидия: – В убийстве? Неужели….Он способен убить человека?

Петр: – Взрослого человека, возможно, что и способен (задумчиво). И, мне кажется, что даже убивал.

Но его обвиняют в убийстве…Ребенка.

Лидия: – Что?

Лидия вскакивает с дивана: – И вы приносите мне сценарий убийцы? (с дрожью в голосе).

Петр: – Послушайте. Постойте. Пока не состоялся суд и не найдено достаточно доказательств его вины, никто не вправе называть его убийцей. Мы все убийцы в той или иной степени. Убиваем себя и своих близких всю жизнь, долго и монотонно. И не известно, что страшнее…Поверьте – Виктор расскажет Вам о нем только хорошее, если вы спросите.

Он воевал. Может быть, убивал на войне. Я не знаю, он ни слова не говорил об этом.

Лидия: – Так это он мой поклонник? Не вы?

Петр: – Действительно, это так. Я же не видел ни одного вашего спектакля. Но я доверяю ему. Если позволите, я расскажу, что с ним произошло чуть подробней.

Лидия: – Сделайте милость.

Петр: – История более чем странная. Ранней весной он поехал на электричке на какую-то отдаленную станцию, да и не станцию вовсе, а есть такие остановочные площадки.

Там обычно только домик путевого обходчика, да дачи какие-нибудь. Но там, как будто, и дачи были далеко от железной дороги. Он поехал в лес. Просто поехал в лес. Я не знаю, зачем и для чего. Как мне рассказывали, он нашел в лесу совершенно случайно мертвую девочку. Она была задушена. От волнения у него пошла носом кровь. В руке у девочке была зажата зеленая лента. Так вот он зачем-то взял ее с собой. Наваждение какое-то. Неделю он мучился. Затем пошел на исповедь, рассказал об этом священнику. И что удивительно…

Лидия: – Он в чем исповедовался? Что убил девочку? Или…?

Петр: – Девочку никто не насиловал. Вы зря так плохо думаете…В чем? Да откуда же я знаю. Наверное, в том, что нашел и не сообщил никуда об этом. Так вот – вам, конечно, известно, что существует тайна исповеди. Но я не знаю, почему, и как это произошло, но его в этот же вечер после исповеди арестовали. Мне кажется, что больше некому было донести. Девочку искали, и нашли ее не сразу.