Прямые солнечные лучи – 2. Свободное падение

– Да? Думала, я стер номер?

– Нет, не так… просто удивилась.

– У меня из старого телефона все контакты перенеслись в новый. Я соскучился.

– Что?

Лана понимает это как «заскучал» и смотрит на него вопросительно и слегка измученно. Он повторяет – с нажимом, без особой нежности:

– Соскучился по тебе.

– Да. И я. – Звучит обреченно, и она добавляет с большим энтузиазмом:

– Рада встрече.

– Надо тебя в соцсетях добавить.

– Да, найди меня. Моя фамилия Ищенко.

– Милана Ищенко… а отчество?

– Зачем? Викторовна.

– Милана Викторовна Ищенко. Очень приятно. А я просто Денис. Не дорос еще…

Парень явно собирается шутливо-церемонно пожать Лане руку, но, сказав последнюю фразу, резко передумывает и тянется за банкой пива. Дернувшаяся было рука Ланы ложится обратно на стол.

– Какая самокритика. Странно для тебя.

– Да я… с работой не ладится особо. Ну, с поисками.

– А кем ты хочешь устроиться?

– С незаконченным высшим в общем не разбежишься. На самом деле я не люблю перетруждаться.

Но деньги не помешают. От отца я на этой неделе ничего не дождался.

«Мало того, – продолжает Денис про себя, – он должен был зайти сегодня, предупредил аж два дня назад, и я специально никуда не пошел, прибрал дома – о, пепельницу, кстати, не вытряхнул, – а он и не позвонил. Хорошо хоть время теперь не пропадет».

В последние месяцы уединение стало его напрягать. Лезли мерзкие, назойливые, прорастающие из любой почвы, как сорняк, мысли о собственной никчемности. Все больше друзей получали хорошую должность, заводили выгодные знакомства, переезжали в столицу (как Олег, старый приятель, с которым они столько раз пили в клубе, курили кальян и встречались с девушками пара на пару).

Денис же, как и несколько лет назад, мог похвастаться только «своей квартирой», за которую даже сам не платил. В том, что он жил один, его заслуги не было: мать уехала из страны, когда сын был подростком, а отец перебрался к своей пассии. Да и отдельное от родителей жилье в возрасте Дениса было не такой редкостью – это в девятнадцать все считали его баловнем судьбы.

«Ладно. По крайней мере, я хорош собой. У меня нет проблем с девушками». Это был последний козырь. То, чем он себя успокаивал, когда больше было нечем. Секс и – если имелись деньги – алкоголь немного помогали в его ситуации: они занимали время.

В этот раз ему везет – на пиво наскреб, а вино для Ланы случайно уже было в холодильнике. Кажется, кто-то принес. Может, опять эта Оля.