Прямые солнечные лучи – 2. Свободное падение

Денис собирается закурить, но как-то не складывается: едва он берет сигарету, Лана прижимается к нему всем телом, встает на цыпочки и опять начинает целовать его – подбородок, скулы, губы, – в конце концов он выпускает незажженную сигарету и обнимает девушку.

Ого, какая талия, мелькает в его голове. Какие изгибы. С чего вдруг ему так везет? И дурацкий кашель вроде бы отпустил. Он не застелил постель, но теперь и не надо.

Лана все делает сама, не дает ему раздеться, давно с ним такого не было – он расстегивает ее платье уже в процессе, проклятые пружины скрипят так, будто тут прыгает стадо слонов.

«Ненавижу этот хлам. Выкину, как только будут деньги на новую мебель», – успевает подумать он, – как и, после, о том, что лишних денег не будет, откуда им взяться.

Да Боже, откуда…

…откуда в ней столько страсти… он за ней не успевает… однако это далеко не конец «гонки»…

– Ты великолепен.

Лана откидывается на подушку и выдыхает. Рыжие волосы разметались по не слишком свежей, посеревшей наволочке.

Денис приносит в комнату пепельницу, молча протягивает ей пачку сигарет. Она с готовностью достает одну, закуривает.

– Ого, «тяжелые».

Он присаживается на край кровати, пристально смотрит на нее, усмехается, серьезнеет, снова усмехается.

– Я знаю этот взгляд, – информирует Лана, затягиваясь.

– Зато я тебя вообще не знаю, – отзывается Денис. – Что это было?

– М-м… Секс. Очень недурной.

– Отличный.

– И я о том.

– Что с тобой произошло?

– А что-то не так?

Денис хохочет.

Смех все тот же – ребяческий, отмечает Лана и мысленно улыбается. Да, правильно. Так должно быть.

– «Что-то не так»? – передразнивает он и продолжает заливисто смеяться. – Не-ет, все в порядке вещей! Когда мы виделись-то в последний раз?

– Неважно. Ты меня помнишь.

– По-омню. Ты такой не была.

– А какой была?

Уязвимой. Неуверенной. Слишком хорошей. Простейшая интрижка оказалась ей не по зубам.

Унизительная эмоциональная зависимость от человека, которого она видела всего несколько раз в жизни.

Дурацкие ошибки, дурацкая эйфория от его присутствия рядом. Чего стоил только случай, когда она по первому зову примчалась к нему ночью, но в подъезде спохватилась и сбежала. Что за незрелость? Либо отказываешься и не едешь, либо соглашаешься и получаешь то, на что подписалась.

Да и в том самом плане невозможно быть более скованной, чем Лана тогда. Как робот, никакого удовольствия. Она потом долго раздраженно спрашивала себя, почему.